65,63 ↑ 100 JPY
11,21 ↓ 10 CNY
72,22 ↓ USD
63,94 ↓ 1000 KRW
Владивосток
Владивосток
+15° ветер 4 м/c
20 июня
Воскресенье

Общество

Палачам оправдания нет

Чекистам, уничтожавшим "врагов народа" сотнями, но потом тоже попавшим под машину репрессий, в реабилитации отказано

Эти пожелтевшие бумаги исписаны каллиграфическим почерком - оперуполномоченные ОГПУ-НКВД, несмотря на свои сержантские звания, набили руку в красивом оформлении документов. Синие чернила хранят запах времени. Штампы - как шрамы от пуль, которые унесли тысячи людей в никуда. Тысячи жизней, маленькие песчинки, распылились по необъятным просторам Советском Союза, чтобы затеряться на них навсегда.

Сегодня память об этих песчинках, скрупулезно, по одной, восстанавливает Василий Куц, полковник юстиции, начальник отдела реабилитации жертв политических репрессий военной прокуратуры ТОФ. В его кабинет приходят дела со всей страны - модная когда-то тема реабилитации сошла на нет, у общества совсем другие проблемы. И тем не менее каждый день он листает старые пожелтевшие папки. Спустя почти семьдесят лет именно ему, полковнику Куцу, предстоит снова ответить на вопрос: виновен или нет? Невиновны далеко не все...

Прокурор не спас

Со служебной фотографии на нас смотрит открытое крестьянское лицо строителя коммунизма. На картинке рукой опера НКВД выведено: "Личность Романюк П.С." Чем же заинтересовал органы 22-летний красноармеец, уроженец Спасского района Приморья, курсант школы младшего начальствующего состава роты связи?

Василий Куц:

- В то время все начиналось не с возбуждения уголовного дела, а с обыска и ареста. Подозреваемых били, допрашивали ночью, лишая сна. Дело расследовал не следователь, а оперуполномоченный, но это в лучшем случае! Чаще всего следствие вел помощник опера. Допрашивали по 15-20 раз подряд, пока человек не начинал говорить то, что нужно. Сочиняли показания сами, а подозреваемому оставалось только подписывать этот бред! Избивали до такой стадии, что люди просто умирали. Особенно доставалось китайцам и корейцам - те переходили через границу, чтобы собрать дикоросы или что-нибудь контрабандно доставить в СССР. Естественно, тут же становились шпионами, засланцами, диверсантами. Причины смерти брались из головы: "сердечная недостаточность" и даже "старческий маразм"! И это у людей 40-50 лет, которым до старости было далековато.

К несчастью для Романюка, по меркам конца 30-х, вины у него нашлось более чем достаточно: выходец из бедной семьи, рано потерявший родителей, сестра вышла замуж за подданного Китая и уехала с ним. А еще курсант любил приврать. Вот и приврал на свою голову, что несколько раз уходил за границу. Правда, не как шпион, а так, прогулки ради, ведь границы как таковой не было.

Из служебной записки оперуполномоченного УГБ НКВД Забайкальского военного округа сержанта госбезопасности Жирнова от 29 ноября 1937 года: "Романюк (он же Ащик Николай и Хороль Федор), бывший беспризорник. До службы в РККА занимался воровством, арестовывался и совершал побеги. Будучи беспризорником, с уголовным лицом бывал в Манчжурии. Женат на польской перебежчице, прибывшей в СССР нелегально в 1931 году..."

Ничего удивительного, что 11 декабря 37-го Романюк был арестован. Следствие длилось год. 15 декабря 1938 года курсанту было предъявлено обвинение по печально известной 58-й статье: участие в троцкистской организации, попытка подрыва боеспособности РККА, шпионаж - Романюк фотографировал "военные объекты". То, что он снимал недостроенный барак с разрешения командования, никого в НКВД не заинтересовало...

Дело Романюка в этой ситуации можно считать просто уникальным - каким-то образом оно попало к прокурору, мало того, изучив его, тот не побоялся в пух и прах разгромить "доказательную базу" энкавэдэшников и отправить дело на доследование.

Из постановления прокурора 37-й военной прокуратуры Забайкальского военного округа, военного юриста 3 ранга Жвавого: "Вина обвиняемого ясна только из его показаний, других доказательств нет". И еще: "Несколько раз красноармеец высказывал недовольство малым количеством пищи..."

И все-таки Романюка не спасло прокурорское вмешательство: 10 мая 1939 года, через полтора месяца "доследования", 24-летний бывший красноармеец скончался в СИЗО от "паралича сердца и дыхания", потому что болел "левосторонним гнойным плевритом". Опер Жирнов прекратил уголовное дело. Правда, перед этим Романюк успел дать "показания" против родственников и знакомых, которых позже расстреляли...

Расстреливать всех

Василий Куц:

- Но даже и в такое время справедливость иногда все-таки торжествовала. Например, недавно, в мае, я рассматривал "дело Кошмана". Его репрессировали только за то, что он был сыном священника. Полуграмотного крестьянина обвинили в контрреволюционной повстанческой деятельности. 12 марта 1938 года его осудили, а уже 21 марта расстреляли вместе с еще 64 такими же крестьянами.

Но вот гримасы истории: палачи ненамного пережили своих жертв. 29 августа 1940 года военный трибунал войск НКВД осудил руководителей Барабинского райотдела НКВД Лихачевского, Малышева, Иванова за фальсификацию ряда уголовных дел и незаконное привлечение граждан к уголовной ответственности и приговорил их к расстрелу. Они обратились в военную коллегию Верховного суда СССР, но тот оставил приговор в силе. Одних палачей уничтожили другие. Впрочем, справедливостью это назвать сложно: расстреляв барабинскую "тройку" за фальсификацию дел, никто и не подумал реабилитировать ее незаконно привлеченных жертв...

Василий Куц:

- Показателен пример и тех чекистов, которые уничтожали поляков только по национальному признаку. Приморские оперативники НКВД Хренов, Котт, Лукашин, Диментман, Дементьев потом говорили, что приговаривать поляков к расстрелу им приказывал Мочалов, их начальник: по его словам, в Новосибирской области расстреляно уже 60 тысяч поляков, а в Приморье - только 12 тысяч, и надо ускорить работу. От каждого опера требовалось заканчивать шесть уголовных дел в день! Мочалов дал им прямой приказ выбивать показания. Следствие по этим чекистам тоже длилось недолго - через полгода, в конце 1938-го расстреляли и их. Преступникам нет прощения - поэтому военной прокуратурой ТОФ всем чекистам-палачам в реабилитации отказано!

Беспредел с "двойками", "тройками" и прочими "особыми совещаниями" начался в 1924 году, когда Президиум Верховного Совета СССР выпустил указ "О внесудебном порядке рассмотрения уголовных дел". В конце 20-х Сталин публично заявил об усилении классовой борьбы. И пошло-поехало. В число вершителей людских судеб попадали только сотрудники НКВД и деятели от партии (самые проверенные). Они рассматривали дела скопом - по 10-15 сразу, зачастую сам обвиняемый даже не присутствовал на процессе. Не было там ни прокурора, ни адвоката. Об обжаловании приговора речи и не шло - через день-другой "врага народа" просто расстреливали. В суды такие дела не поступали - если не было доказательств, суд мог и оправдать.

Александр Огневский

Поделиться:

Наверх