65,24 ↓ 100 JPY
11,17 ↓ 10 CNY
72,33 ↓ USD
63,86 ↓ 1000 KRW
Владивосток
Владивосток
+16° ветер 2 м/c
25 июня
Пятница

Общество

Свет появляется из мрака

Некоторым из нас лишь несчастья помогают открыть глаза и начать жить по законам Вселенной

Ровно год назад она погрузила в микроавтобус четверых своих детей, младшей из которых едва исполнилось пять лет, а старшей - тринадцать, и отправилась в путь. Дорога предстояла неблизкая - из Владивостока в Белоруссию. Татьяна Николаевна улыбается, вспоминая дорожные приключения. Я смотрю во все глаза, и в голову закрадывается мысль: "С ней все в порядке? Решиться на такое! Без мужа, без дорожной карты, с ребятишками... Одно из двух: она или безумно смелая, или безумно глупая!" Оказалось, не первое и не второе, а нечто третье, о чем многие из нас даже не подозревают...

Неплохо было бы сначала дать хотя бы маленькую информацию об этой женщине. Итак, Витковская Татьяна Николаевна, 42 года, замужем. Вот, собственно, и все. Матрос-рыбообработчик, отдавшая морю тринадцать лет. Поэтесса, отдавшая сердце своим стихам. Художница, отдавшая печаль своим картинам. Актриса, отдавшая свою страсть сцене. Мать, отдавшая любовь пятерым детям. Женщина, дарующая здоровье другим людям... Кто она на самом деле, я не знаю.

История первая. Возвращенная

Ей было всего восемнадцать, когда случилось несчастье. На танцах в клубе пьяный подонок нанес Тане три ножевых ранения. Реанимация. Три операции. Сорок пять дней между жизнью и... Другой жизнью? Сорок пять дней в коме.

"В операционной зажглись лампочки. Впереди был тоннель. Я влетела в него. И услышала красивейшую музыку. Я помню мелодию до сих пор, она звучит внутри... Потом увидела свет. И людей увидела - их лица и тела были прозрачными. Души? Наверно. Их лизали языки пламени. "Что это?" - спрашиваю. Никого не было, я просто чувствовала энергетический сгусток рядом. И услышала в ответ: "В этом огне люди видят всю свою жизнь..." Многие плакали.

Я встретила там своего знакомого, убийцу собственного отца. "Боря, - спрашиваю, - что ты здесь делаешь? Ты же в тюрьме..." "Нет, - отвечает, - меня убили, когда я из тюрьмы сбежал. Я в лесу под соснами лежу, ветками накрытый..." Потом все так и оказалось, нашли его тело...

Внезапно появился желтовато-серебристый луч. Я ступила на него, полетела ввысь. И оказалась на полянке. Вдали стоял храм. К нему приближались люди. "Странно, - услышала я свой голос. - Кажется, они меня не замечают..." И пошла за ними следом. В храме был праздник. "Вы это называете смертью, а мы - рождением..." У многих людей в руках были подносы, на которых цвел и превращался в плоды, а затем снова в яркие цветы зеленый горошек. Я почувствовала резь в глазах. "Тебе пора. Сейчас уходи. Мы встретимся через двадцать лет..."

Очнувшись, Татьяна сказала врачу, что хирург во время ее операции курил в форточку. "Откуда ты знаешь?" "Я видела". "Ты же разрезанная была!.." Ей стало страшно. Что-то изменилось в этом мире. Или она изменилась? В ее глазах люди двоились и троились, приобретали новые формы, меняли цвета. Перед ней был другой мир. "Я потом долго искала людей, которые были на "том" свете и видели то же самое, что и я. Не нашла. Тот мир - у каждого свой..."

На улицах она не смотрела на проходящих мимо людей. Взгляд скользил по небу, по деревьям, домам. Она не понимала, не знала, что с ней происходит. И главное - что ей теперь делать, как с этим жить. "Опять орган Посылки шлет Афган А в них лежат они Пятидесятники мои". Строки этого стихотворения были написаны незадолго до войны в Афганистане...

История вторая. Исцеляющая

Все свое детство Татьяна провела в тайге. Девочка росла болезненной, и родители часто водили ее к деду-колдуну - полечиться. Пошепчет дед, руками поводит - боль как рукой снимет. Старик любил поговорить с маленькой девчонкой, да только разве ж она слушала! В одно ухо влетало... Однако кое-чему Татьяна научилась - могла и сглаз снять, и заговорить болезнь, и воском отлить, и "откатать" на яйцах... А когда привыкла к новым своим видениям, стала вести дневник. Эту тетрадку Витковская хранит как зеницу ока, в ней - немудреная ее мудрость.

- А через двадцать лет мы все-таки встретились. Меня сбила машина. Три дня без сознания - снова была там. "Я хочу вас видеть!" И передо мной возник мужчина - светловолосый, с ярко-голубыми глазами. Мы стояли, не шевелясь, а вокруг нас шло время - я это видела... Он сказал мне главное - начинай лечить. И исчез. На третьи сутки я пришла в сознание. Врачи сделали снимки - полностью здорова! Непостижимо...

Придя домой, она достала альбом с фотографиями. Листала страницы и думала - странно. Кроме людей, на фотографиях было много... Как бы это назвать? Она говорит - сущности. В кронах деревьев, на мокром асфальте, в складках людской одежды, в пространстве воздуха запечатлены сгустки энергии. Глядя на фотографию, Татьяна Витковская может определить болезни человека, предсказать его будущее, вылечить, выправить судьбу. На фотоснимках мест преступлений она видит душу преступника и может описать следователям его внешность.

- Зачем я этим занимаюсь? Не знаю. Просто я не могу оставаться непричастной к происходящему вокруг. Это чистилище. Наше общее лицо - грязное. И борьба между добром и злом идет с переменным успехом..."

История третья. Святая

На пути в далекую Белоруссию с ней произошло все лишь одно ЧП - возле Улан-Удэ. Поперек дороги стояла машина. Остановившийся микроавтобус Татьяны окружили пятеро парней. "Доезжай до Улан-Удэ и бери билеты на поезд. Машину подаришь!" В голове вихрем проносились мысли. "Мальчики, святых обижать нельзя!" Они лишь посмеялись... Она ехала и молилась. И незаметно увеличивала скорость. А когда стемнело, выключила фары и свернула на какую-то проселочную дорогу.

На следующий день она медленно ехала вперед. И вскоре увидела их. Нет, сперва их машину - перевернутая, она лежала на дне глубокого оврага. Пятеро ее обидчиков, окровавленные, сидели на обочине. "Нельзя святых обижать, мальчики. Я же предупреждала..." Парни испуганно смотрели на нее.

Юлия Гусейнова

Поделиться:

Наверх