Ежедневные Новости
Владивостока
66,44 ↓ USD
75,63 ↓ EUR
98,09 ↓ 10 CNY
18 января
Пятница

Общество

В отстреле вымирающих видов животных видят способ пополнения их популяции

Эксперты и чиновники, поддержавшие резонансную инициативу депутата Резника, оказались в меньшинстве

Автор фото: Alex Andrews / PEXELS

Споры вокруг охоты разгораются в Госдуме с новой силой. Депутаты, чиновники и охотники не могут договориться о том, как решить проблемы с экотуризмом, защитить редкие виды животных и, при этом, пополнить казну новыми денежными вливаниями за счет охоты. Масла в огонь подбросил Владислав Резник, депутат ГД от "Единой России", предложив легализировать коммерческую трофейную охоту на исчезающие виды животных, обитающих на территории РФ, а вырученные средства "направить на восстановление их численности". В частности, речь шла о якутском и путоранском подвидах снежного барана, алтайском горном баране и амурском горале, сообщает ЕНВ.

"Дикое" предложение по редким диким зверям

Напомним, что волны общественного возмущения захлестнули господина Резника после его запроса в Минприроды. Точка народного кипения достигла своего предела тогда, когда позицию депутата открыто поддержал начальник управления по охране и использованию животного мира Чукотки Александр Фатин, заявив: "Открытие трофейной охоты на редкий вид якутского снежного барана, обитающего на Чукотке, не нанесет вреда популяции".

Интернет и СМИ мгновенно запестрели возмущенными статьями и постами, обвиняющими Резника и Фатина в призыве чиновников "разрешить браконьерскую трофейную охоту на редкие виды животных, занесенных в Красную книгу".

Андрей Турчак, секретарь генсовета "Единой России" прокомментировал, что инициатива Резника – ни что иное, как "дичь", и его предложение связано с попыткой узаконить собственное увлечение вип-охотой, так как он состоит в Клубе горных охотников.

Поднятая суматоха вокруг баранов докатилась даже до главы Минприроды Кобылкина, поручив, по всей видимости, дать ответ от своего лица на официальной странице Минприроды в соцсети. Сообщение содержит следующую информацию:

"При всем уважении к депутатским инициативам, категорически против трофейной охоты на краснокнижных животных", - выступил глава Минприроды Дмитрий Кобылкин. Свою позицию министр жестко озвучил на встрече с депутатами Госдумы от фракции ЕР. Ведомство получило депутатский запрос и, рассмотрев подробно, готовит обоснованную позицию и ответ.

Глава думского комитета по экологии Владимир Бурматов задал прямой вопрос, касающийся возможной легализации браконьерской охоты, подчеркнув, что комитет этого никогда не допустит:

"Министр ответил, что поддерживает позицию нашего комитета. Это официальная позиция. Для нас это означает, что заход браконьеров не прошел, это было вхолостую. Охоты на краснокнижных животных не будет. Мы считаем это своей победой, безусловно. Но хотелось бы уже не биться за такие уж совсем очевидные действия", - рассказал Бурматов СМИ.

Андрей Андрейченко, депутат Госдумы Федерального Собрания РФ, в разговоре с ЕНВ отметил, что сомневается в озвученных мотивах Резника, и полагает, что данная инициатива направлена на частные интересы отдельных людей "определенного достатка выше среднего":

"Получение такого разрешения, на мой взгляд, утопия. Заявление Резника звучит, по меньшей мере, странно – убивать одних, чтобы спасать других. Вряд ли речь идет о реальном спасении и увеличении численности краснокнижных животных на деньги от трофейной охоты. Скорее всего, определенным людям хочется открыто поохотиться на редких зверей, одним словом, вип-охотники выбивают разрешение лично для себя".

У самих охотников письмо депутата Резника шок не вызывает.

Приморский охотник Евгений Енепольский высказал ЕНВ точку зрения свою и своих товарищей: "В запросе Резника мы не видим ничего, чтобы говорило о его прямом предложении узаконить браконьерство. Наоборот, он говорит о том, что бюджетных средств, выделяемых на сохранение редких видов животных, не хватает. Не вижу ничего здесь криминального. Тем более, за рубежом давно практикуют охоту на некоторые особи, которые погибнут в природных условиях в любом случае. И никого это не возмущает".

Здесь идет речь о больных и старых животных, изгоняемых сородичами из своих рядов и погибающих в естественной среде обитания. Такие программы, действительно, практикуются в ряде зарубежных стран.

Депутат Резник же подчеркивает: "Деньги, вырученные за такую охоту, в мировой практике идут на исследования и охранные мероприятия".

Убивать пока не рано…надо посчитать

Со слов самого Резника, он пытался выяснить возможность внедрения в РФ аналогичных программ, отследить динамику численности редких видов животных, объем средств, направляемых на мероприятия по их сохранению, и изменение популяции некоторых исчезающих видов баранов. При этом, сам депутат подчеркивает, что документ, представленный в Минприроды, не несет в себе смысловой нагрузки о легализации охоты на краснокнижных животных. Цель запроса – сбор информации для определения реальной возможности узаконить трофейную охоту на редкие виды животных. Резник называет такую возможность "гипотетической". "Это не предложение начать охоту на редкие виды, а предложение собрать информацию, чтобы обсудить, возможно, это, или нет", - утверждает парламентарий.

И, к слову сказать, в ведомстве на полном серьёзе задумались о целесообразности внедрения такой программы в России. Правда, ограничения здесь все-таки планируются. Они коснутся запрета подобной охоты на животных с первым статусом редкости. Под категорию разрешенных к отстрелу могут попасть лишь те редкие виды, численность которых восстановлена и стабильно растет. В этом пункте есть нестыковки, ибо точных цифр по численности или не существует, или они содержатся под грифом "секретно". Так, Татьяна Арамилева, президент Росохотрыболовсоюза, возмущается, что добиться от природоохранных фондов информации о численности редких видов животных, о снижении или увеличении количества особей, не получится уже несколько лет подряд.

"По охотничьим ресурсам ведется учет – мы знаем, сколько таких животных. Эти цифры есть в государственном докладе, в охотхозяйственном реестре. А что у нас по краснокнижным животным? Ничего этого нет. У нас есть только мнения отдельных экспертов, которые поставлены во главу принятия государственных решений. На охрану краснокнижных животных тратятся государственные бюджетные средства. Но охрана ради охраны – тогда для чего она?", - задается вопросом Арамилева.

Она приводит пример на пятнистом олене аборигенной популяции, который был занесен в Красную книгу 15 лет назад и за это время так расплодился, что "съел весь лес".

Вместе с тем, не понятно, о каких деньгах идет речь? Например, в Приморском крае на охрану редкого дальневосточного леопарда, амурского тигра, а также других неохотничьих животных в текущем году было выделено 200 тысяч рублей. Данный "апельсин" один, и его нужно ухитриться поделить между "исчезающими кошками", ежиками, и всеми остальными видами зверей, на которых нельзя или не имеет смысла охотиться.

В Фонде дикой природы на Дальнем Востоке ЕНВ сообщили, что позиция WWF была и остается неизменной: "Мы против коммерческой охоты на редкие виды, занесенные в Красную книгу РФ, так как охота на "краснокнижные" виды противоречит действующему законодательству. В настоящее время все виды, занесенные в Красную книгу Российской Федерации, выведены, с рядом оговорок, из хозяйственного оборота. В случае если в результате природоохранных мер, а также естественного восстановления, популяция достигнет достаточного для устойчивого существования уровня численности, то вид подлежит исключению из Красной книги РФ. Лишь после этого возможно рассмотрение вопроса об организации эксплуатации — в том числе и охоты — данного вида", - поясняют сотрудники Фонда.

В организации считают, что деньги от трофейной охоты будут направлены в бюджет, где растворятся бесследно, и совсем не факт, что на охрану вымирающих видов животных и восстановление их численности будут выделяться адекватные суммы. "Поступления от трофейной охоты, скорее всего, будут незначительными. Хотя, сторонники открытия охоты на редкие виды говорят о значительных суммах, которые готовы выплатить операторы охотничьих туров", - уверены в WWF.

Например, охота на амурского тигра обойдется желающим пощекотать нервы в значительные суммы – от 150 до 300 тысячах долларов за тур. Но при этом, сторонники охоты умалчивают, что эти деньги платят за сам тур, а не за трофей. То есть, основная их часть пойдет не на развитие природоохранных программ, а составит себестоимость организации охоты, которая может быть очень высока, равно как и доходы фирм-организаторов охоты. "Таким образом, только незначительная часть от обсуждаемых сумм теоретически сможет пойти (а может и не пойти) на охрану объекта охоты", - отмечают в Фонде.

Член комитета по социальной политике и защите прав граждан Законодательного Собрания Приморья Владимир Беспалов напоминает, что в этом году в Китай попытались провести шкуры семи уссурийских тигров, 200 гималайских медведей, и неисчислимое количество рогов благородных олений. "Это настоящий беспредел. Сегодня говорить о каких-то дополнительных разрешениях не только неправильно, но и аморально. Напротив, нужно направить дополнительные силы и средства на охрану Дальневосточных биологических видов. Заняться вопросом выделения денег на усиление служб егерей и лесников, чтобы еще больше усилить защиту диких животных", - подчеркнул парламентарий.


Наверх