65,54 ↓ 100 JPY
11,21 ↓ 10 CNY
72,67 ↓ USD
63,94 ↓ 1000 KRW
Владивосток
Владивосток
+15° ветер 2 м/c
24 июня
Четверг

Общество

Дело Пасько: пять процентов, которые перевернули жизнь

О чем умолчали люди, доложившие президенту России Владимиру Путину о "деле Григория Пасько"?

Второй месяц имя Григория Пасько не исчезает со страниц газет, из новостных лент и с телеэкранов. Но если вначале обсуждались сам эпохальный "рождественский" приговор военного суда ТОФ, толкнувший правозащитников по всей стране на стихийный гражданский протест, и акции, проведенные ими, то последнее время все СМИ мусолят преимущественно тему помилования. Перечисляются российские правозащитные организации, "готовые обратиться к президенту России с просьбой о помиловании Пасько", цитируются декларации военных юристов о том, что "с точки зрения закона такая процедура невозможна", трактуются высказывания адвокатов, которые настаивают на необходимости освободить Пасько из-под стражи, "чтобы он мог более эффективно добиваться оправдания". При этом, несмотря на громкие заявления важных государственных лиц, ничего не происходит.

Меж тем прошло уже две недели, как Григорий Пасько и его защита приступили к изучению протокола судебного заседания. По словам адвоката Анатолия Пышкина, они планировали управиться за 10-15 дней, однако процедура затянулась. Причина - некачественное изготовление протокола. Защита собрала уже около 30 печатных листов с замечаниями, и их будет еще больше: в протоколе обнаружены многочисленные серьезные искажения показаний свидетелей, допрошенных судом, и другие несоответствия действительности. Все это стало следствием того, что суд отказался от предложения вести аудиозапись процесса. В результате рассмотрение дела военной коллегией Верховного суда состоится не раньше, чем в апреле или даже мае.

На протяжении этого времени все, кто свято верит в абсолютную непогрешимость российского правосудия вообще и военного в частности, могут с полным моральным удовлетворением называть бывшего военного журналиста "шпионом" - ведь такое решение принял суд. Однако быть названным шпионом и являться таковым - далеко не одно и то же. С этим согласится любой, кому хоть единожды довелось усомниться в безгрешности, непредвзятости и независимости нашего правосудия. Так чего же в России достаточно, чтобы человека признали виновным в измене родине, и при чем тут помилование? Мы попросили ответить на этот вопрос адвоката Анатолия Пышкина.

Мера лжи

- 15 января этого года президент России Владимир Путин на пресс-конференции в Париже заявил, что если ему поступит прошение о помиловании Пасько, то этот вопрос будет рассмотрен. Кроме того, он отметил, что "не погружен глубоко в эту проблему", но знает, что "Пасько предъявлено обвинение в том, что он ПЕРЕДАВАЛ документы с грифом "секретно" за вознаграждение". Причем президент подчеркнул, что этот эпизод доказан и ни у кого не вызывает сомнений, даже у адвокатов.

Я понимаю, что у президента очень много важных дел. Поэтому он не может и не обязан знать, тем более в деталях, о каждом так называемом "шпионском" судебном процессе, коих в стране в последние годы становится все больше. Однако, как стало известно из его интервью во Франции, о "деле Пасько" ему кто-то что-то все же докладывал. Честно говоря, меня не очень интересует, кто докладывал президенту об этом деле. Хотя, судя по тому, КАК и ЧТО ему доложили, источник информации более чем очевиден. Меня беспокоит другое: КАК и ЧТО ему докладывают о том, что происходит в стране? Ведь от достоверности полученной информации во многом зависит то, какое решение будет принято президентом. А если президенту солгут, неверно доложат или представят недостаточно полную информацию, умолчав о "некоторых деталях"?..

25 декабря прошлого года об осуждении Григория Пасько сообщили многие информагентства в России и за рубежом. Сообщили они и о том, что ни Григорий, ни адвокаты НЕ СОГЛАСНЫ с приговором и уже через полтора часа после его оглашения подали кассационные жалобы. Зачем же кто-то из окружения президента обманул его, доложив, что обвинение доказано и его никто не оспаривает?

Мера вины

После вынесения приговора в интернете на сайте www.bellona.no появилась его копия. Каждый желающий может прочитать и убедиться: Пасько никому НЕ передал ни одного секретного документа и НЕ получил от японцев ни рубля, ни цента, ни йены. И, как указал сам суд в приговоре, никакого ущерба государству НЕ причинил.

Но в чем же суд признал виновным Григория Пасько? В том, что он, присутствуя на совещании в штабе флота, записал выступления некоторых его участников. Кстати, подобные записи делали и многие присутствовавшие там офицеры и адмиралы. Только Григорий имел неосторожность незадолго до этого мероприятия общаться с журналистом японской газеты "Асахи симбун" Тадаши Окано. Этого оказалось достаточно для того, чтобы ФСБ, а потом и суд пришли к выводу, что записи были сделаны для него.

Правда, при этом ни ФСБ, ни суд не ответили на важные вопросы. Почему Григорий не пытался передать эти записи японцу в течение двух месяцев? Почему он не взял их с собой, чтобы передать ему, когда полетел в командировку в Японию? Почему Тадаши Окано под различными, можно сказать, надуманными предлогами не встретился с Григорием, когда тот был в Японии? Почему не захотел даже помочь Григорию найти в Японии переводчика русского языка? Неужели так строятся отношения между иностранными разведками и их агентами? В деле нет и доказательств того, что Тадаши Окано вообще нужны были эти сведения и он просил Григория раздобыть их.

Можно приводить еще множество примеров абсурдности предъявленного Пасько обвинения. Именно поэтому первый суд признал его необоснованным. Но в нашей стране, обвинив, не принято оправдывать. Оправдательные приговоры выносятся менее чем по 0,5 процента дел, причем почти каждый второй из них потом отменяется вышестоящими судебными инстанциями по протестам прокуроров. Поэтому новый суд все-таки осудил Григория - по все тому же обвинению. Каждый его эпизод состоял из трех пунктов: сбор информации, хранение и передача 10 секретных документов двум японским журналистам. То есть всего обвинение включало 60 пунктов. Суд же признал Пасько виновным в том, что он собрал сведения и хранил их дома, чтобы передать одному японцу. Получается, что от предъявленного обвинения, от многомесячной работы сотрудников ФСБ осталось только три пункта. Пять процентов. А все остальное - необоснованное, ложное обвинение.

Но и эти пять процентов ничего не доказывают. Касаясь вмененного судом в вину Пасько эпизода, даже президент Путин заявил, что эти сведения никакой важности для нашей страны не представляют. Более того, как показали в суде несколько свидетелей-адмиралов, во время учений, на разборе которых в штабе флота потом присутствовал Григорий, радиосвязь велась на открытых частотах, и иностранные разведки могли получить всю интересующую их информацию сами. С полным, как говорится, погружением...

Татьяна Ощепкова

Поделиться:

Наверх