65,42 ↓ 100 JPY
11,22 ↓ 10 CNY
71,68 ↓ USD
64,44 ↓ 1000 KRW
Владивосток
Владивосток
+18° ветер 6 м/c
14 июня
Понедельник

Интервью

Между жизнью и смертью

"За спиной любого врача лежит кладбище. Этого не избежать. Не всех можно спасти. Не все возможно. У реаниматолога специальность такая - оживление. Он постоянно имеет дело с теми, кто вот-вот может умереть. Это тяжело, конечно. Но деваться некуда. Кто-то же должен заниматься этой нервной работой..."

Через руки врача-реаниматолога Николая Силина прошло более пяти тысяч человек, и по сей день он продолжает бороться за человеческие жизни

Есть такое понятие - клиническая смерть. Именно в этот кратчайший промежуток еще можно попытаться отстоять жизнь, замершую над пропастью небытия. Это и есть работа врачей-реаниматологов: сохранить жизнь на самых крайних ее пределах, когда счет идет на секунды, пока клиническая смерть не перешла в биологическую...

Общий медицинский стаж анестезиолога-реаниматолога Николая Силина - 27 лет - больше половины жизни. 9 августа он отметит 50-летие. Позади - работа хирургом на плавбазах ВБТРФ, в центральной райбольнице в Большом Камне, в городской больнице Владивостока. С 1983 года - в Приморском краевом онкологическом диспансере. Здесь он стал врачом высшей категории, разработал и внедрил три рационализаторских предложения, написал немало научных статей в центральные и местные медицинские журналы, организовал кабинет для лечения в условиях барокамеры. Но это - внешнее, главное - в другом...

- Много людей обязаны вам жизнью?

- Когда-то у меня была система, по которой я подсчитывал, скольким людям помог. Но потом сбился со счета. Вообще, через наше отделение анестезиологии и реанимации за год проходит около тысячи человек. Примерно четверть - через мои руки...

Спасение и моральное удовлетворение

- Это произошло в районной больнице. Ночью к нам после автокатастрофы попала 15-летняя девочка. Шок от кровопотери. Низкое давление. Сильное кровотечение. В двух случаях из трех такие пациенты умирают. Три часа выводил ее из шока, поднял давление и, наконец, решил брать в операционную. Под неглубоким наркозом провел хирургическую обработку, ушил рану и обнаружил, что нога при нормальном давлении оставалась холодной - гангрена конечности. Устроили консилиум, на который в срочном порядке прибыли специалисты из края, но так ничего и не смогли сделать. И через два дня 15-летней девочке ампутировали ногу. Родственники остались недовольны: "Спас бы любой дурак, а вот ногу отрезать - это вы, конечно, мастаки"... Это произошло не по моей вине, но при моем участии. От этого спасения не было никакого морального удовлетворения: Я с горечью вспоминаю этот случай...

- Почему вы стали врачом?

- В нашей семье я первый медик. Началось с того, что в классе седьмом-восьмом я посмотрел фильм про врачей "Коллеги". Впечатлился. В общем, к окончанию школы уже точно знал, что мне это нравится, что мне бы хотелось заниматься врачеванием. Поступил в мединститут. Мечты столкнулись с реальностью. Примерно четверть первокурсников отсеивается после посещения морга... Но мне учиться нравилось. Шесть лет учебы пролетели незаметно. К тому же я был, можно сказать, личностью популярной - с третьего курса руководил ансамблем ВГМИ "Юность". Играл и на органе, и на барабане, и на гитаре. Мы частенько выезжали выступать по краю. Вечера в институте и студенческие свадьбы - это тоже было по нашей части. В ДКЖД на танцах играли... Так что и деканат, и однокурсники вспоминают меня и моих друзей до сих пор.

- Почему, как вы считаете, довольно часто встречаются династии врачей?

- Профессия заразная... В доме медика постоянно надрывается телефон. И днем и ночью здесь одни и те же разговоры: о больных, об их спасении. В детях все это откладывается. Моя старшая дочь - стоматолог. Вторая с выбором профессии еще не определилась. Но врачи, конечно, бывают разные. На острие ножа, так сказать, работает не так много - это хирурги, акушеры-гинекологи, травматологи. Ну и мы, реаниматологи. Когда дело касается жизни и смерти, по какому бы профилю больной ни проходил, чем бы ни был болен, он попадает к нам. Такая работа требует много знаний и много нервов.

Врач-хирург и экстремал

- После окончания института я работал на плавбазах и "Североуральск" и "Спасск". Госпиталь, где должны быть и хирург, и врач-терапевт, и стоматолог, и операционная сестра, и лаборантка, и санитарка, находится на плавбазе - 450 потенциальных пациентов на нашей шее. А вокруг - маленькие пароходики добывающего флота - это еще человек триста. Врача вызывают по рации. В непогоду сделать это достаточно непросто. С борта плавбазы доктор вместе с ящичком скорой помощи садится в люльку, которая доставляет его в мотобот. И - по морям, по волнам - отправляешься на судно, где ждет больной. Волны, качка - страшное дело...

И вот - вызов капитана: "Хирург - на мостик!" Свяжитесь с таким-то судном, говорит, там второй помощник капитана животом мается. Таблетки дали - не помогает. Беру сумку и отправляюсь туда. У больного - аппендицит с опасностью перитонита. Требуется операция. Я молодой хирург. Год всего стажировки. Но делать нечего... Лебедкой переправили помощника капитана на борт. Добрались до госпиталя. Начинаю операцию. И в это время операционная сестра падает в обморок. Потом узнали, что она была беременна... Ее функции пришлось выполнять санитарке. Наш стоматолог в это время под моим чутким руководством занимался наркозом. В общем, операцию я делал практически один. Работал с этим аппендиксом, как с миной, два часа. Когда удалил, он был похож на трепанг - вот-вот лопнет. Но все прошло хорошо.

Через две недели опять вызов. На то же судно. Захожу в кают-компанию - все в сборе. Стол накрыт - с яствами, напитками. Извини, говорит, брат, что таким вот образом тебя вызвали. Но ты мне жизнь спас...

- Каким должен быть анестезиолог-реаниматолог?

- Собранным. Решительным. Многознающим во всех отраслях медицинской науки: и терапевтом, и кардиологом, и много кем другим. У него должна быть хорошая реакция - ведь часто счет идет на минуты, на секунды. Не размазня - чтобы принимать ответственные решения в моменты опасности. А еще он должен быть готов к тому, чтобы отдавать работе большую часть своего времени. На переднем плане - жизнь больных, а это значит, что и в субботу, и в воскресенье, в любой момент может что-то произойти не только в больнице, но и по соседству, и могут понадобиться твои умения, знания, помощь.

- Работая в онкологии, вы каждый день сталкиваетесь с человеческой болью, страданиями, смертью. Это же невыносимо тяжело...

- Онкология - не приговор. До 20 процентов наших больных мы вылечиваем, около 40 - продлеваем жизнь... Во многом зависит от выбранного лечения, стадии заболевания. Когда наши пациенты излечиваются, избавляются от боли, радуются и они и мы. Этим и живем.

- А вы сами боитесь боли?

- Зубной? Нет, не боюсь. Хотя, конечно, работая с больными, производя различные манипуляции, я понимаю, что мне не хотелось бы оказаться в таком положении. К тому же я, в отличие от пациента, знаю, что и во время операции, и во время подачи наркоза определенный риск для жизни имеется. Человек может погибнуть, если действовать неумело. Зная все эти тонкости, самому страшновато оказаться на его месте.

Человек, который его удивил

- Лет 20 назад, когда я только еще начинал работать в онкодиспансере, появился у нас пациент - грек по национальности и бомж по профессии. У него был рак легкого в приличной стадии. Операция по удалению больного легкого была очень тяжелой, шла с большой кровопотерей - он стоял на краю гибели, но мы все же вытащили его. После операции он прошел курс химиотерапии и больше не появлялся. Ему, по нашим оценкам, оставалось жить максимум два года...

Он появился в отделении лет через 10-12 лет и потребовал какую-то справку. Вы, говорит, мне легкое отрезали, а справку не дали, я поэтому на работу не могу устроиться. Справки ему в свое время все дали, работать он, будучи инвалидом, не должен был, а потому его выпроводили по-хорошему. В течение последующих трех лет его регулярно видели около универсама - пьяного, в компании таких же забулдыг. Вот так - человеку спасли жизнь, а он потратил ее на то, чтобы дуть водку. Впрочем, врачи спасают пациенту жизнь, а уж как он ею распорядится - его дело...

Юлиана Павлюшина, Наталия Алешина

Поделиться:

Наверх