72.86 ↓ 100 JPY
11.27 ↓ 10 CNY
76.82 ↓ USD
65.54 ↓ 1000 KRW
Владивосток
Владивосток
+10° ветер 2 м/c
EN
28 сентября
Понедельник

Общество

Нисходящий поток

В декабре прошлого года на горе Золотой, расположенной в Кировском районе, разбился маленький самолет Ан-14 ("Пчелка") арсеньевского завода "Прогресс". Мы писали об этом в номерах "Н" за 15 и 17 декабря 99-го. Из шести находившихся на борту членов экипажа и пассажиров трое погибли, трое остались жить. Второй пилот "Пчелки", Виктов Обревко, все это время находится на лечении, из них последние два месяца - в травматологическом отделении тысячекоечной больницы. "Я считаю, что человеческой вины там не было, - говорит он. - Это несчастный случай. Но если надо на кого-то повесить вину, то на меня: решение о последнем развороте принимали двое - я и Удалов. Я был за штурвалом. Удалов умер. Я живой остался..."

Нисходящий поток

Авикатастрофа на горе Золотой, рассказанная вторым пилотом разбившегося самолета

В последний полет

При арсеньевском авиазаводе "Прогресс" открылся аэроклуб - филиал Российской федерации любителей авиации. Чтобы обучать желающих летать, необходима техника и аэродромы. Техника была - небольшой самолет Ан-14. Аэродромы? Вот чтобы проверить, есть ли по соседству с Арсеньевым пригодные для полетов полосы, 7 декабря и вылетела "Пчелка". Экипаж состоял из трех человек: первый пилот - Валерий Удалов, второй пилот - Виктор Обревко, авиатехник - Александр Кудряшов. Пассажирами прихватили двоих работников завода - Владимира Пирожкова и Александра Кораблева.

Вылетели. Приземлились в Новопокровке. При взлете оттуда обнаружили техническую неисправность. Сели. Вызвали помощь. Из Арсеньева пришла машина с авиатехником Владимиром Назаровым. Вместе с ним их стало шестеро, когда 9 декабря они отправились в последний полет...

Жесткая посадка

"Прошли Малиново, небо было чистое, - рассказывает Виктор Степанович. - Но через 18 минут полета попали в снежный заряд. Я и Удалов приняли решение развернуться, чтобы перейти в спокойную зону. Поворот производился плавно, навстречу ветру, который должен был придержать нас в малом радиусе (разворот по ветру мог перевернуть маленький самолет. - Прим. авт.). И тут что-то пошло не так. Началась жуткая болтанка. Нас придавило мощным потоком воздуха и понесло на гору - самолет попал в сильнейший вихревой поток, спускавшийся со склона. Когда стали падать, паники не было. Я лишь сказал: "Ну, все, ребята! Приехали..."

Они знали, что надо делать. В такой ситуации верхняя граница леса принимается за посадочную полосу. Они хотели, скользя по макушкам деревьев, полностью погасить скорость и плавно сползти на землю.

"Нам удалось за несколько минут снизить скорость со 160 до 50 километров в час. Все шло нормально. Садились мы на ельник, мягко. Уже почти приземлились, как самолет зацепился за большую ветку и резко ткнулся носом в землю. Удар был такой силы, что шасси вошли в салон, перебив мне ноги. Первый пилот, Валерий Удалов, не был пристегнут. Его бросило грудью на панель, он головой пробил лобовое стекло. Стоявший в проходе Назаров ударился головой о перегородку. Я спросил: "Все живы?" Ответили - все. Принюхались - бензином не пахнет. Значит, баки не пострадали. Значит, не взорвутся..."

Раны и потери

В "Пчелке" было тепло, все, кроме Кораблева, были в рубашках. Обревко оделся и помог одеться другим. Кораблев вылез из самолета и отполз далеко вниз по склону, боясь, что самолет все же взорвется.

Кудряшов выбрался сам, но тут же упал от нестерпимой боли в спине - у него был сломан позвоничник.

Пирожков пошел к хвосту - у него никаких серьезных повреждений не было, но сильный шок не позволял ему ясно мыслить.

Хуже обстояли дела у Владимира Назарова. От сильного удара он получил серьезную травму черепа и потерял память. Он не понимал, где он и что произошло.

Однако самым тяжелым было состояние первого пилота. Он до последного находился в сознании, но пошевелиться не мог. Виктор Степанович с переломанными ногами, хлюпая кровью в сапогах, пытался вытащить командира. Но мешали травмы Удалова, крутой склон горы. Через 40 минут после посадки первый пилот умер. Как потом установили, осколки сломанных ребер попали ему в сердце.

"Я оставил капитана, занялся Кудряшовым. Нужно было оттащить его под крыло самолета, спрятать от снега. Переложил его на чехол и стал тащить. Расстояние было чуть больше метра, но я потратил на него более двух часов. После каждых пяти сантиметров приходилось останавливаться, ждать, когда отпустит невыносимая боль в спине Александра..."

К этому времени ноги у Виктора Обревко сильно разбухли - вставать на них он уже не мог. Он попозл к самолету за ведром и бензином - нужно было развести костер, чтобы не замерзнуть. Ведро находилось в хвосте. Возле него Обревко обнаружил припорошенный снегом бугорок. Потрогал - унт. Потянул - Пирожков. Потом врачи сказали, что сердце здорового, сильного 59-летнего человека, мастера спорта по штанге, остановилось от испуга.

Александр Кораблев спустился настолько далеко по склону, что забраться назад уже не смог. Помочь ему не было никакой возможности. Через три часа он перестал откликаться - умер от переохлаждения.

"Мы с тобой единственные можем хоть как-то подавать сигналы, - сказал Обревко Кудряшову. - Остальные - три трупа и один невменяемый..."

Ведро бензина и коробок спичек

Виктор Обревко подполз к баку самолета, приподнялся на раздробленных и обмороженных ногах. Держа ведро в зубах, осторожно слил бензин. Также осторожно закрыл бак. С ведром в зубах он на четвереньках дотащился туда, где под крылом его ждал Кудряшов. Бензин подожгли прямо в ведре. Чтобы сдерживать пламя, сверху прикрывали тряпкой. Так пытались согреться.

"Когда сливал бензин, нельзя было пролить ни капли - костер развели под крылом. Капля бензина около бака, любая искра - самолет мог взорваться. Вокруг ведра из подручных средств я сделал заслоны от ветра".

Бороться за свою и товарищей жизнь Виктору Степановичу помогли опыт охотника и спички, которые он, хоть и не курит уже 30 лет, постоянно носит в кармане. На всякий случай...

Ожидание

Александр Назаров в беспамятстве стучался в самолет, звал жену, кричал, чтобы она впустила его. Обревко он принял за своего сына Анатолия, несколько раз пытался пнуть костер, кричал, что "сгорим".

"Это очень накаляло и без того напряженную психологическую обстановку. Я как-то в "Санта-Барбаре" видел, как после аварии у человека память пропала. Но это кино, на деле все было куда более жутко".

Назарова с трудом удалось уложить спать. На три часа. Обревко и Кудряшов не спали - боялись замерзнуть и не услышать вертолет. Всю ночь они обсуждали варианты востановления "Пчелки". Самолет почти не пострадал - только шасси и передняя часть. Виктор Степанович до сих пор жалеет, что машину бросили.

Поиск

"Когда в 13.47 мы не вышли на связь, нас стали искать. Мы слышали звук пролетавшего мимо самолета, стреляли из ракетниц, но нас не разглядели".

На беду Ан-14 был выкрашен в белый цвет. При падении деревья кронами скрыли его. Белый, да еще припорошенный снегом, он был практически не заметен с воздуха.

"Нас искали и хабаровские самолеты Ан-12 и Ан-24. Но обнаружить не смогли. Вот если бы у нас были рации со спасательной системой "Каспас-Сарсат", которая имеет выход на спутник... Но из-за отсутствия батареек мы эти рации в полет не взяли..."

Спасение

Их обнаружили 10 декабря в 11 часов, но спасатели смогли спуститься к раненым только через час - ветряная "труба", болтанка мешали вертолету зависнуть. Четыре часа (!) потребовалось, чтобы поднять троих голодных, раненых, замерзших людей.

"Спасибо ребятам-спасателям. Они стойко за нас боролись".

В Арсеньев передали, что трое мертвых, трое живых. Но кто - не уточнили. Более пяти часов семьи членов экипажа молились, чтобы "их" был живой.

"Нас доставили в арсеньевскую больницу. Через 25 дней к Назарову вернулась память. На днях он ко мне приезжал. Недавно выписали Кудряшова - он со мной лежал. Я один остался на койке - сложные переломы. Врачи востанавливают обмороженные ткани ног. К маю обещают домой выписать..."

P.S. По факту катастрофы Тихоокеанская транспортная прокуратура возбудила уголовное дело. Для выяснения причин происшедшего из опытных работников завода "Прогресс" собрали комиссию, провели летно-техническую экспертизу. Результаты раследования направили в Москву в комиссию авиационных происшествий. Предварительное заключение - попадание самолета Ан-14 в нисходящие потоки горного хребта.

Екатерина Ерошкина

Поделиться:

Наверх