74,57 ↓ 100 JPY
11,57 ↓ 10 CNY
78,78 ↓ USD
67,35 ↓ 1000 KRW
Владивосток
Владивосток
+8° ветер 5 м/c
EN
01 октября
Четверг

Общество

Отвовеванный у смерти

Благотворительная акция Приморского отделения российского Детского фонда "Детям Приморья - достойное будущее"

Две недели назад Виталик Лексин находился между жизнью и смертью в палате интенсивной терапии онкогематологического центра краевой детской больницы. Мать Света лежала рядом. Умирали оба. Мальчик - от огромного количества введенных химиопрепаратов и открывшейся тяжелой пневмонии. Мать - от собственного бессилия. Врачи знали - они теряют Витальку. В больницу приехал из Михайловского района его отец. Приехал, чтобы увидеть сына в последний раз.

Отвовеванный у смерти

Раковая осень

Рак коварен, и ребенок для него - особенно легкая добыча. Дети, в отличие от взрослых, редко прислушиваются к своему состоянию, и опухоль, когда ее обнаруживают, как правило уже властвует вовсю. Виталик Лексин жил обычной жизнью сельского шестилетнего мальчишки. И вдруг в сентябре прошлого года у него начались резкие боли в животе. "Сыночек мой просто кричал от боли, таблетки глотали каждые полчаса. Я его укачивала на руках, но он не успокаивался", - говорит Светлана. В хирургическое отделение районой больницы Виталика Лексина доставили с диагнозом "острая кишечная непроходимость" - немедленно на операционный стол!

Оперировавшие его врачи не знали, с чем имеют дело. Оказалось, что 60 сантиметров кишечника поражено опухолью, именно она так терзала ребенка. "Нам долго говорили, что опухоль доброкачественная, а потом гистологический анализ дал результат - лимфома, рак кишечника. Диагноз меня убил. Я выла от горя. За что мне и моим детям все это? У моей старшей дочери Вали сахарный диабет. У Виталика - рак..."

Едва начавшаяся жизнь была приговорена. С таким приговором приходят сюда - в онкогематологическое отделение краевой детской больницы на Первой Речке. Только здесь его могут отменить. Родителям говорят сразу, что ждет их ребенка и их самих. Никакой тайны, разговор начистоту. Здесь никто не гарантирует вам выздоровления, никто точно не скажет, что, пережив полгода онкологического кошмара, вы выйдете отсюда вместе с ребенком, а не без него. Это на Западе можно сделать генетический анализ, чтобы точно определить, возможно ли излечение или случай безнадежен. У нас же на родительских плечах - выбор беспредельной тяжести: лечить или не лечить, бороться или сдаться? За десятилетнюю историю существования отделения было четыре случая, когда от лечения отказывались. Потому что конец этого долгого и мучительного поединка со смертью был предрешен.

Самая долгая зима

Лексины провели в больнице шесть месяцев. Виталика лечили по так называемому третьему протоколу. Это самое большое количество цитостатиков, самые высокие дозы. Некоторые препараты капают по 24-36 часов без перерыва. Один протокол - это значит пять-шесть дней лежать без движения под капельницей. Тошнота, слабость. Малейшая передозировка, и малыш в реанимации. За эти шесть месяцев Виталика дважды вытаскивали с того света.

Выкарабкаться может только тот онкобольной, который верит в выздоровление вопреки всему. Детей спасает врожденная жажда жизни и непонимание того, что их диагноз смертелен. В отличие от всезнающих взрослых, дети не чувствуют себя обреченными и отчасти поэтому выживают чаще. А еще потому, что детский организм переносит дозы "химии" гораздо большие, чем взрослый. Для взрослого рак в 4-й стадии означает неминуемую смерть, за ребенка с таким запущенным раком стоит бороться. Да и как ребенок может умереть - ведь ему столько еще нужно узнать об этом мире! И они познают и осмысливают его даже здесь, в больнице. Привязанные капельницами к кровати, они рисуют.

После химиотерапии - трудный период восстановления. "Химия" убивает не только раковые клетки, но и здоровые, после нее наступает иммунодепрессия костного мозга, то есть полное отсутствие иммунитета. При норме 8000 лейкоцитов - клеток, защищающих наш организм, - у ребенка после химиотерапии их может быть всего 200. Любая болезень грозит стать смертельной. У Виталика Лексина кроме пневмонии, от которой он чуть было не умер в эти последние две недели, все 6 месяцев был непроходящий стоматит, поражение кишечника - "химия" убила всю слизистую.

Чтобы уберечь от инфекций, больных детишек держат в отдельных боксах. Переливают препараты крови, чтобы восстановить нормальное количество кровяных телец. Им необходимо богатое белком питание и огромное количество недешевых лекарств: антибиотиков, противорвотных. "Нас спасало только свое хозяйство. Папа регулярно привозил из дому и мясо, и молоко, и все остальное," - говорит Света.

После восстановления - анализы. Плохие - значит еще один протокол. И так, пока болезнь не будет побеждена. Или пока ребенок не будет побежден болезнью. Виталик Лексин пережил за зиму пять протоколов. Для Светы эта зима стала самой длинной в жизни: "Бывало, стою у окна и думаю, вот упасть бы туда, вниз, и кончится этот бесконечный кошмар. Но что тогда станет с Виталькой?.."

Смертельно опасная жалость

"Мне приходилось его даже связывать. Он был измучен всеми этими инъекциями, пункциями, вырывался. Жалко было безумно, но для наших детей такая жалость, когда пропускаешь процедуры, смертельно опасна," - Светлана Лексина утирает навернувшиеся слезы.

Виталик рисует свой дом. Рядом папа, сестренка Валечка, бабушка и собака. Светлый, счастливый мир, по которому он так истосковался за шесть месяцев непрерывных физических страданий. Мамы на картинке нет. "Я попросила его нарисовать и меня тоже. Виталик долго упрямился. Потом нарисовал - в самом углу, маленькую, темно-коричневую". Мама делает больно, мама позволяет врачам терзать своего ребенка. Ребенку обидно. Одному Богу известно, как это больно. Но все забудется, порастет быльем. Главное - она вырвала сына из цепких лап смерти.

Все дети в онкогематологическом отделении лежат с родителями - в одиночку малыш с болезнью не справится. Последнее время в онкологическом отделении с детьми все чаще остаются отцы. Врачи только приветствуют эту тенденцию: лечение тяжелое, чрезвычайно болезненное, а у пап больше хладнокровия и авторитета, чтобы заставить ребенка делать неприятные ему вещи. В палатах, где лежит мужчина, как правило, порядок, рядом с отцами подтягиваются и соседки-мамы. И еще. Мужчины не плачут.

Страдание забывается, выстраданное - никогда

В онкогематологическом центре каждый ребенок выстрадан врачами, оттого так бесконечно дорог. "К этим детям привыкаешь больше, чем к родным. Есть детки замкнутые, колючие, недоверчивые, а есть такие ласковые! К ним особенно привязываешься. Я помню их всех до одного, - признается Татьяна Лукина. - И если теряешь ребенка, то переживаешь как потерю своего, родного. При больных мы не плачем, ревем дома в подушку. Просыпаешься среди ночи от того, что детские лица вереницей проходят перед глазами. Лечить ребенка - тяжелая, порой непосильная ответственность, потерять ребенка - вина на всю жизнь, тяжелый камень на душе".

Вылеченные от рака дети - золотые. И не только потому, что в них вложено столько души, но и из-за потраченных на лечение денег. Один протокол химиотерапии стоит 160 тысяч рублей. Препарат от иммунодепрессии - 5,5 тысячи рублей за инъекцию. Противорвотная таблетка - около 100 рублей. Инфузиоматы, гарантирующие правильную дозировку "химии", стоят 3 тысячи долларов каждый. Единственный раз поступили в онкогематологический центр в 1993 году, и от 15 рабочих осталось только три.

Весна наступила для жизни

В окно реанимационной палаты, где без движения тихо умирал Виталик Лексин, било яркое мартовское солнце. Зашел врач-реаниматолог Роман Соколов, взял мальчика за руку, отпустил, рука безвольно упала. Буквально в приказном порядке заставил мальчика подняться. "Кока-колы" хочешь?" - спросил. Тот только слабо кивнул. "А мороженого?" Та же реакция. "Света, быстро в магазин и не киснуть!"

Потихоньку у Виталика стал появляться аппетит - он потребовал пельменей. Причем от маминых домашних отказался, решительно выразив предпочтение магазинному полуфабрикату. Маленький старичок с усталыми глазами медленно-медленно превращался в нормального мальчишку. Вот он бежит по коридору, катит перед собой колесо от автомобильчика, заливисто смеется и то и дело утыкается головой в животы взрослых. Завтра из Михайловского района к Виталику опять приедет папа. На этот раз - чтобы забрать его отсюда.

Ольга Дружинина

Поделиться:

Наверх