65,24 ↓ 100 JPY
11,17 ↓ 10 CNY
72,33 ↓ USD
63,86 ↓ 1000 KRW
Владивосток
Владивосток
+26° ветер 4 м/c
25 июня
Пятница

Общество

Исповедь приговоренного

Исповедь человека, который никого ни в чем не винит, кроме себя и водки

Его зовут Саша. Ему 38 лет. У него СПИД. То есть последняя стадия ВИЧ-инфекции, за которой больше ничего нет. Но эта пустота не очень пугает его. Хотя отчаяние уже знакомо ему, он умеет надеяться на лучшее. Он любит кино, в котором все хорошо заканчивается. И знает, что жизнь - совсем другое кино, но даже если плохой конец неизбежен, это кино все равно стоит смотреть.

Формальным поводом для нашей встречи послужило уникальное событие: 14 июля Саша, в соответствии с федеральным законом о СПИДе, стал первым и единственным в крае ВИЧ-инфицированным, получившим инвалидность по своему заболеванию. К тому времени он уже второй раз в этом году лежал в родной палате интенсивной терапии краевого СПИД-центра. Появившись здесь на этот раз, сказал: "Все, я пришел умирать". Дела его действительно были плохи. Врачи, зная Сашу уже много лет, поставили ультиматум: или умирай к черту сейчас же, или давай бороться. Он не хотел верить, категорически отказывался от лечения, пищи, движения. Заставляли - когда смехом, когда грубостью, когда лаской. Единственное, от чего он не отказался, - курево. Смолил и смолит по-черному. А сигареты ему покупает врач - что делать, денег-то у пациента совсем нет.

Нет, конечно, не проблема с сигаретами стала толчком к созданию Сашиного прецедента: просто если человек серьезно болен и не может зарабатывать себе на жизнь, государство обязано платить ему пенсию. Медики тогда и сами удивились - вопрос с оформлением инвалидности решился в один день. Так в 38 лет Саша стал инвалидом 1-й группы по СПИДу.

Николай Мартынченко, завотделением: "При СПИДе многое зависит от психического состояния больного. Появилась надежда получать пенсию - Саша начал мечтать, даже о покупке зимней одежды, настроение поднялось. Но иногда он впадает в отчаяние, перестает сопротивляться, накрывается одеялом с головой и лежит. Ему трудно не сдаваться: сегодня состояние у него тяжелое и нестабильное - это же терминальная стадия ВИЧ-инфекции, прогрессирующее поражение всех органов и систем. Поговорите с ним - ему есть что сказать людям".

Закон подлости для Брюса Ли

Саша заразился ВИЧ в 1992 году, став третьим человеком, взятым на учет в созданном за три года до этого Приморском СПИД-центре. Первые два ВИЧ-инфицированных по сей день благополучно здравствуют, а вот Саша за семь лет дошел до стадии СПИДа. Он честно признается: если бы не пьянство, это могло случиться гораздо позже. Вернее так: ЭТО ВООБЩЕ НЕ ДОЛЖНО БЫЛО СЛУЧИТЬСЯ. Если бы не пьянство...

"Глупо получилось - пить меньше надо, вот и все. А что еще делать моряку в долгом рейсе, скажите на милость? К 1992 году я морячил уже пять лет, был хорошим поваром, ценили меня, зарабатывал прилично - если бы тогда сказали, что мне придется на сигареты брать у лечащего врача, никогда бы не поверил.

До этого я, конечно, слышал о СПИДе кое-что. Но тема была закрыта, казалось, что он во всем мире есть, но не у нас. Да никто тогда серьезно не думал об этом СПИДе. Хотя я хорошо помню, как накануне прихода в порт на Филиппинах капитан проводил собрание, предупредил, что идем в страну, где много всяких болезней, мол, можете поймать такое с дури, что потом ни одна больница не поможет. Я это прекрасно слышал, но все мимо ушей пролетело. Говорю же, был бы трезвый...

Она была метиска, симпатичная такая, лет 17, не больше. По-английски все чирикала. Вечером там проституток в ресторанах полно. Сами подходят, только по ноге хлопни и бутылку покажи - она уже у тебя на коленях. До этого у меня проститутки тоже были, в Канаде. Но там все по-другому, без презерватива они к себе не подпустят. А на Филиппинах я подумал: все-таки публичный дом, должно быть чисто. Я же заплатил 25 долларов - огромные деньги. Но самое обидное, что с ней были и другие наши ребята, если, конечно, не врут. А заразился я один...

Это как закон подлости. Вот, допустим, сифилис или триппер для меня не страшны, я в этом убедился еще в армии. Ни разу не заразился, хотя у нас многие переболели после этих девок. Ради интереса сам кровь сдавал. Эта самонадеянность меня и подвела, решил, что мне ничего такого не грозит. Да я серьезно никогда в жизни и не болел, крепким был, спортом занимался. Такие мышцы накачал - четырех человек мог запросто из трусов вытряхнуть. Меня на пароходе друзья прозвали Брюсом Ли. Эх, если бы вернуть все, поставить сегодняшнюю голову да на те широкие плечи..."

Страшная сказка

"С женой прожили год после этого, она приезжала сюда на проверку не раз. И ничего, никаких симптомов. Повезло ей. К правде моей она спокойно отнеслась. Но видно же по человеку, как он меняется. Потом мы расстались. Предлог появился, мол, я часто водку с друзьями пью. О ВИЧ-инфекции не говорила, не упрекала, что целый год подвергал ее опасности. Я думаю, она не отдавала себе отчета, тогда же мало что было известно. Случись это сегодня, она бы по-другому реагировала.

Про моря тоже пришлось забыть. Меня врачи сразу на полгода на берег списали. На работе говорил, что желтуха, но слухи, конечно, ходили всякие. Я не этого боялся, просто нашел нормальную работу на берегу, в ресторане. Но так и не поработал там - совпало с разводом. Потом - как в сказке: чем дальше, тем страшнее. Уехал в свой город, там друзья, встречи - и понеслось. Года 3-4 пил кряду каждый день, в ноль. На водку деньги почему-то находились всегда. Врачи постоянно про это говорили, но мне было абсолютно до фонаря, здоровье имелось, я не чувствовал ничего. А в последнее время стал сильно худеть. Грешил было на водку, но оказалось, дело не в водке - она просто помогла вирусу...

Пришел сюда в мае, меня сразу в реанимацию. Состояние было такое - лучше сдохнуть, чем мучиться. Я знал, что лекарств в больнице никаких нет, лечить нечем. Сейчас, правда, лекарства появились, доктор мой писал в крайздрав, выделили на одного меня 22 тысячи рублей.

Знаю, сам во всем виноват. Но понимать это начал поздновато. Уже третий год болею так, что и умирать не умираешь, и жить не живешь. Жалкое существование. Вести себя, как все, не можешь, силы кончились. Отовсюду надо уходить, пока при памяти. Не нужен никому, неинтересен, а уж чтобы пригласить девушку потанцевать, наговорить комплиментов... Все в прошлом. И будущего нет. Это самое страшное..."

Ноги не слушаются, зато слышит Бог

Он не пытается философствовать, хотя его тяжелое состояние к этому весьма располагает. Но болезнь все-таки сделала его мудрее. Рассказывает о ребятах из церкви "Дом жизни", которые уже месяц ходят к нему: "Мне с ними легко - обыкновенные парни, среди них тоже есть бывшие пьяницы. Считают своим долгом поддержать меня, чтобы духом не упал. Мы много говорим о том, что если поднимусь с больничной койки, никогда не стану жить, как прежде. Главное, не переставать надеяться. Уходя, они прямо здесь молятся. Я молитв не знаю, да и не надо их знать, главное, от чистого сердца с Богом разговаривать, он тебя поймет..."

Единственное, что сильно огорчает Сашу, - у него отнялись ноги. Он часто думает про умершего от СПИДа Рудольфа Нуриева, у которого под конец жизни тоже ноги отказали. Великий танцор - и оказался в инвалидной коляске. Это было плохое кино. Саша предпочитает кино, в котором нет смерти. А его инвалидная коляска стоит за дверью, и он никогда в нее не сядет - плохая примета...

Татьяна Ощепкова

Поделиться:

Наверх