72.86 ↓ 100 JPY
11.27 ↓ 10 CNY
76.82 ↓ USD
65.54 ↓ 1000 KRW
Владивосток
Владивосток
+10° ветер 2 м/c
EN
28 сентября
Понедельник

Общество

Излучение боли и света

Статус академического и амбиции главрежа театра им. Горького Ефима Звеняцкого не позволяли сделать "Поминальную молитву" просто хорошим спектаклем. После грандиозного "Бориса Годунова" и в предвкушении обещанного "Иисус Христос - суперзвезда"? Никогда! Ожидался триумфальный подрыв мегатонной театральной бомбы. И она рванула...

Излучение боли и света

Материал для "Поминальной молитвы" писатель-сатирик Григорий Горин "позаимствовал" у одного из самых известных еврейских писателей Шолома Алейхема. Получилась не просто театральная пьеса, а малая энциклопедия жизни еврейского народа. Сюжет прост и сложен, как сама жизнь.

В какой-то забытой богом и неизвестно где находящейся Анатовке жили-были Тевье-молочник (блистательная игра Владимира Сергиякова), его жена Голда (не менее блистательно сыгранная Светланой Салахутдиновой), пять их дочерей, родственник Менахем (очередная звездная роль Александра Славского) и их соседи - русские, украинцы, евреи. У них были разные боги, и одна власть - сельский урядник (Александр Пономаренко). Жили они своими маленькими радостями, проблемами и, в общем-то, были счастливы. Но пришел ХХ век со всеми своими заморочками и стал прокручивать эту мирную жизнь через мясорубку. Вот и "поминают" жители Анатовки канувшее в Лету "золотое времечко".

Вроде горе, но Горин - сатирик и к тому же сам еврей. Он не стал сочинять пьесу в душераздирающем стиле "Американской трагедии" Теодора Драйзера. Горин создал нечто, чему трудно подыскать точное определение. Первое отделение воспринимается как философская бытовая комедия с некоторой претензией на историзм. А во втором словно получаешь удар по голове - такая простая и страшная правда, такая живая человеческая боль! Всхлипывали и шмыгали носами не только состарадательные дамы, но и сурового вида мужчины. Взять хотя бы эпизод, когда на глазах у тысячной публики прикованная к постели жена Тевье-молочника помогает своей старшей дочери родить первенца. Она делает это мысленно, на расстоянии. На свет появляется новая жизнь, которой больная Голда отдала последние силы...

Но что бы ни заложил драматург в свое произведение, оно не состоится без прочтения постановщиком и без игры актеров. Все-таки лицедейство - очень жестокая профессия. Прежде чем вывернуть наизнанку душу зрителю, Звеняцкому и труппе пришлось неоднократно вывернуть наизнанку себя. Полгода шли нервные, напряженные репетиции. Все должно было быть НАСТОЯЩИМ. Поэтому для постановки сценических танцев вызвали известного хабаровского балетмейстера Олега Нартова, из столицы - ставшего почти родным для "горьковки" сценографа Владимира Колтунова и художника по свету Геннадия Алексеева.

И вот премьера состоялась. Большая, громкая, триумфальная. Можно всматриваться в детали, оценивать костюмы, декорации, музыку, мизансцены и прочее. И все равно будет оставаться еще что-то сверх видимого и слышимого. Это то, что цепляет за сердце, от чего перехватывает дыхание, из глаз сами собой текут теплые слезы, и ночью ворочаешься, не зная, как заснуть...

Васса Потемкина

Поделиться:

Наверх