67,72 ↓ 100 JPY
11,50 ↓ 10 CNY
74,00 ↓ USD
65,60 ↓ 1000 KRW
Владивосток
Владивосток
+26° ветер 4 м/c
17 мая
Понедельник

Общество

Редактор альманаха "Рубеж" собирается покорить книжную Москву

29 ноября в Булгаковском доме в Москве были представлены шестой номер тихоокеанского альманаха "Рубеж" и первый научно подготовленный двухтомник поэта-эмигранта Арсения Несмелова

Оба проекта, поражающие своей амбициозностью не меньше, чем высоким качеством, изданы во Владивостоке. О том, какой трудный путь пришлось пройти, чтобы запросто показывать свою продукцию в Москве, и о еще более амбициозных планах рассказывает Александр Колесов, председатель совета директоров издательства "Рубеж" и редактор одноименного альманаха.

Нужное место в ненужное время

- Когда в 1989 году СССР поделился издательским правом с Обществом книголюбов, на его базе было создано издательство "Уссури", и я полгода работал главным редактором этого издательства. А потом решил: пора заниматься своим делом, и ушел на вольные хлеба. Стал создавать свое издательство.

Конечно, "Рубеж" - это сумасшедшая и амбициозная идея. Литературный альманах, который охватывал бы весь Тихоокеанский регион! В те безумные ельцинские времена региональные журналы закрывались пачками, а крупные выживали только благодаря Фонду Сороса, который закупал тысячные тиражи для российских библиотек. Кстати, сегодня многие интеллектуальные российские журналы находятся на дотации Министерства печати и массовых коммуникаций. И это замечательно, потому что толстые журналы во всем мире существуют на гранты и пожертвования. Так что с самого начала я понимал, что альманах не может быть самоокупаемым. Нам было уготовано начинать с нуля и идти против течения, по пути, который чреват непредсказуемостью и неожиданностями.

Как студент променял историю партии на русскую классику

- Литература всегда была моей планидой. Мои вкусы в сознательную пору формировались в русле русской классики. В университете вместо слушания истории КПСС я сидел в библиотеке и пожирал книги. Со временем количество переросло в качество - в чувство текста. Я проглотил тогда всю деревенскую прозу - Распутин, Абрамов, Тендряков, критиков - Кожина и Селезнева. Помню радость: мне подарили трехтомник Юрия Трифонова. Потом были Казаков, Битов, Маканин. С Андреем Битовым мы впоследствии близко познакомились, и теперь он один из наших постоянных авторов.

Оконных дел мастер

- Мне всегда хотелось делать журнал. И вот в 1991 году вместе с писателем и переводчиком из Москвы Евгением Витковским мы придумали концепцию альманаха "Рубеж". Оба мы всерьез занимались дальневосточной эмигрантской литературой. И решили продолжить традиции одноименного журнала, выходившего после Октябрьской революции в Харбине. В этом названии мы видели не только традицию и опору, но и постоянный актуальный смысл. Возможно, издавай мы альманах с таким названием в Рязани, это было бы странно. Но на Дальнем Востоке острота идеи некоего рубежа сохраняется. Сегодня "рубеж" я понимаю как взаимодействие культур: для русских - это окно в Азию, а для иностранцев - окно в Россию. Время показало - это ценная роль. За 15 лет вышло шесть номеров. С первого номера основной замысел альманаха не менялся.

Мы решили познакомить российского читателя с эмигрантской литературой. В первую очередь - с русским Китаем. А потом - с русской Америкой. Тогда каждое направление открывали по наитию. Стихи Арсения Несмелова, которого сегодня мы издали солидным двухтомником, до перестройки в Советской России были почти неизвестны, впервые его сочинения были опубликованы только в 1987 году в журнале "Октябрь".

Эстетика вместо политики

- Нас все время хотели ввязать в политику. Но мы с самого начала решили, что альманах будет лишен партийности. И в нем не будет социальной публицистики. Оставаться над схваткой - вот центральная позиция. В 1991 году распри внутри страны набирали обороты. Мы старались, чтобы наши политические пристрастия никоим образом не сказывались на редакционной работе. Единственный критерий отбора текстов - эстетический. Цензура вкуса - единственный вид цензуры, который мы признаем. К примеру, альманах познакомил читателей с творчеством Бориса Юльского, писателя-эмигранта из Харбина. Кем только его ни называли - наркоманом, фашистом. Но он в первую очередь - блестящий писатель.

Побочные эффекты

- С первыми номерами было очень сложно, учитывая высокую планку качества, которую мы себе ставили. Нам с трудом приходилось налаживать контакты по России, поскольку весь литературный процесс был заморожен. А книжки выходили спорадически. В стране началась вакханалия. Графоманская. При этом нам было важно не зависеть от московских писателей. Редакция была сведена к минимуму. Витковский в Москве, я с Лобычевым во Владивостоке. Когда сделали первый номер, книжные магазины отказывались его брать. Но я все время думал: "Нет, не отступлю, попробую взять этот вес". И дело не только в честолюбии моем или Евгения Витковского. Если б это был плод моей больной амбиции, я бы давно все бросил. Все это время не только я делал альманах, но и альманах делал меня. Это репутация и расширяющееся постоянно общение. За 15 лет я подружился со всем белым светом.

Родные переводчики

- С гордостью могу сказать: во Владивостоке сильная школа литературного перевода. В третьем номере "Рубежа" мы публиковали произведения американцев Аллена Гинзберга, Чарльза Буковски в переводах местных авторов - Макса Немцова (сейчас он работает в Москве) и Ивана Ющенко. Последний вместе с японистом Александром Белых успешно переводят для столичных издательств.

Идите на х***!

- Споры о ненормативной лексике нередко отдают ханжеством. Я стараюсь мыслить широко: думаю, в литературе имеет право на существование все. А от ханжества нашим читателям нужно избавляться. Помню, когда в "Новом мире" опубликовали роман Астафьева "Проклятый и убитый", на редакцию посыпались упреки за мат. Но это же роман о войне! В окопах так и говорили. Другое дело - литература молодых, которые инвективу используют как формальный ход. А у профессионала должны играть все краски. Поэтому в прошлом году, когда было 60-летие Победы, по моей просьбе одна из местных газет опубликовала воспоминания о войне писателя Богомолова. И хотя критики было много, я уверен, что мы поступили абсолютно правильно.

Слабое звено

- Мы стараемся делать так, чтобы большинство материалов было эксклюзивным. Некоторые тексты приходят самотеком, но в основном их заказывает и организует редакция. За всю историю альманаха в нем сложилась определенная структура. Во-первых, это эмигрантские разделы (русский Китай и русская Америка). Во-вторых, - новые имена в современной российской словесности. Здесь приоритет у авторов из Сибири и Дальнего Востока. В-третьих, мы знакомим читателей с переводной литературой стран АТР.

Самое слабое место альманаха - распространение. Круг читателей у нас не самый широкий. Хотя география внушительна - Владивосток, Москва, Петербург, Нью-Йорк, Париж. Систематичность выходов налаживается. С 2008 года планируем выпускать альманах ежегодно. В идеале каждый номер должен дойти до своего читателя.

Натиск на Москву

- Теперь о главном. С этого года издательство "Рубеж" открывает большую издательскую программу. И вся она будет заявлена на ближайшей книжной ярмарке Non Fiction в Москве, где будут представлены все главные издательства страны. Задача программы - распечатать миф о Дальнем Востоке. Издать лучшее.

Здесь несколько направлений. В первую очередь это эмигрантская литература. Двухтомником Арсения Несмелова мы открываем серию изданий. Готовится трехтомник Валерия Перелешина, а также издание отдельными книгами произведений Бориса Юльского, Михаила Щербакова, Николая Байкова. Второе направление связано с переводной литературой стран азиатско-тихоокеанского региона: Японии, Китая, США, Кореи. Здесь мы решили пойти самостоятельным путем и открыть российскому читателю, знакомому подчас только с Юкио Мисима и Харуки Мураками, новые имена. Помимо этого, мы готовим к изданию серию книг лучших писателей Дальнего Востока, незаслуженно забытых классиков и достойных внимания современников. Наконец, с книги Юрия и Валерия Янковских "Полвека охоты на тигров" мы открываем серию краеведческой и исторической прозы. Главное, что вся программа нацелена на центр России. Мы намерены продавать книги в Москве и Петербурге, так как именно там сконцентрирован основной книжный рынок страны.

Евгений Панкратьев

Поделиться:

Наверх