67,68 ↑ 100 JPY
11,47 ↑ 10 CNY
73,70 ↓ USD
65,30 ↑ 1000 KRW
Владивосток
Владивосток
+12° ветер 3 м/c
19 мая
Среда

Общество

Кто владеет Востоком - мы им или он нами?

Если судить по внешним признакам, Владивосток вполне можно назвать китайским городом. Или точнее - городом, наряженным в китайскую одежду, и с нутром, набитым китайскими продуктами

Это внешнее "окитаивание" продолжается более 15 лет, и неудивительно, что у горожан произошли некоторые сдвиги в общественном сознании.

Китайцы поневоле

Сегодня большинство владивостокцев верит в восточные гороскопы и украшает свои дома на Новый год то красными собаками, то драконами. А если и не интересуется ими, то все равно носит китайскую одежду (не обязательно с базара, в бутиках - тоже Китай), пьет чай, ест КНРовское мясо или колбасные изделия местных производителей из того же мяса. Наши дети выросли на соседских овощах и фруктах и играют соседскими же, то бишь китайскими, куклами.

Среднестатистический горожанин использует мобильный телефон... знаете чьего производства. Покупает бытовые товары, а также всякую подарочную дребедень на китайских базарах, в китайских магазинах и чинит обувь в китайских мастерских. Иногда владивостокцы ходят в чайна-тауны (которые, в свою очередь, наполняют пространство города красными фонарями и загнутыми крышами). А если не ходят, то, по крайней мере, знают названия "фунчоза" или "гобачжоу" - это мясо хорошо идет под водку. Причем каждый второй (третий-пятый) житель краевого центра умело орудует палочками.

Ци - энергия предприимчивых

Часть образованной публики всерьез интересуется учением фэншуй и держит дома или в офисе жабу с монеткой или "денежное дерево". Другая часть - более просвещенная - увлекается китайской философией, ломая голову над парадоксами Лао-Цзы. Третьи практикуют ушу еще со времен Брюса Ли и знают о Шаолине больше, чем о любом православном монастыре. А творчество многих местных художников даже и не скрывает влияния китайской классики. В это время заядлые курильщики и анонимные алкоголики записываются на сеансы восточной медицины. Показателен и спрос на язык везде поспевающих соседей по АТР: сегодня каждый уважающий себя вуз предлагает познакомить любого россиянина с иероглифами.

Можно добавить, что солидная часть местной полиграфической продукции печатается в КНР. Не секрет, что почти все матрешки, бинокли и гербы Владивостока, продающиеся в сувенирных магазинах, китайского производства. Даже Приморский союз писателей начал издавать книги в Поднебесной, и, если вдуматься, в этом нет ничего зазорного, ведь именно китайцы изобрели бумагу и печатание с деревянных форм.

Параллельно с примеркой китайской культуры на месте значительная часть приморцев окунается в нее по ту сторону границы. Уже который год народ ездит в Китай за покупками, а многие - на тамошние курорты. Молодежь принимает Китай, как должное. Что до пожилых, то они, если и злятся на нынешнее положение дел, то не сильно ему удивляются: имя Мао для них не пустой звук, а КНР воспринимается в контексте несбывшейся мечты о расцвете СССР. К тому же о китайской - авторитарной - модели развития всерьез толкуют в российском правительстве.

Полновесной эту картину делает тот факт, что заработки многих владивостокцев напрямую или косвенно связаны с КНР. Продают, перепродают, переводят, преподают и т.п. Некоторые связаны с "братьями навек" очень крупно и крепко, если иметь в виду экспорт энергии, руды, леса, металлолома и, конечно, грузоперевозки всех мастей. В том числе и растущие в оба конца потоки туристов.

Это уже куски государственного масштаба. Жирные куски в руках небольшой горстки всем известных людей. При этом проследить зависимость Приморского края от мирового экономического и культурного монстра официальной статистике удается с трудом. Она фиксирует лишь "белые" сделки рубля с юанем.

Конфуцианство по-русски

Даже если не углубляться в историю, вспоминая, что дороссийское название бухты Золотой Рог когда-то звучало как Хайшэньвэй - Залив трепангов, что первый российский бизнес здесь был связан с экспортом морской капусты в КНР, от "китайскости" Владивостока сходу никак не отделаться. Интересно, что произошло это почти без усилий официальных структур, а иногда даже вопреки их скромной воле (как уверяют эксперты, отличительная нота в отношении российских чиновников к Китаю - неведение и страх).

Другое дело, что китаизация российского форпоста - явление скорее экономическое, чем социальное и культурное. Внешне она пока напоминает веяние моды (как бы по необходимости) и с виду не касается глубинного склада российского человека. Так же как и китайцы не стали близкими друзьями большинству горожан. Несколько совместных браков в год хорошо это иллюстрирует. По результатам исследований, большинство владивостокцев весьма терпимо относится к китайцам, признает их трудолюбие, трезвость, дружелюбие, но все равно воспринимает как представителей чужеродной цивилизации. По большому счету, как инопланетян.

Возможно, корни этой фобии в великодержавном шовинизме - российском и советском, с незапамятных времен научившем нас презирать всех смуглых и раскосых. Хотя у китайцев на этот счет более простое мнение. Сюэ Хуэйлинь, кандидат юридических наук и редактор газеты "Восточный мост", уже десять лет проживающий во Владивостоке, говорит, что после открытия города прошло слишком мало времени для того, чтобы такие разные народы смогли хорошо узнать друг друга. А например, в Америке китайцы живут более ста лет, и сам президент считает хорошим тоном поздравлять китайскую диаспору с восточным Новым годом по национальному телевидению.

Китайцы, по правде говоря, никаких особых усилий для пропаганды своей культуры в городе нашенском не прилагают. В отличие от японцев, корейцев, американцев, французов и даже индусов, регулярно устраивающих то кинофестиваль, то выставку, то концерт. Видимо, у китайцев есть более мудрый подход к России. Они активно изучают ее сами.

Образование - высший приоритет

В китайских средних школах проходят Толстого, Достоевского, Пушкина. Последний, кстати, весь переведен. И даже мультфильмы по его сказкам транслирует китайское телевидение. Кроме того, в КНР открыто несколько обществ пушкинистов. Спрос на российских преподавателей живописи, музыки, вокала растет с каждым годом, свидетельствуя как о признании высокого профессионализма россиян, так и о растущей моде на западную культуру. Как утверждают специалисты, китайцами движет уверенность в том, что от того, насколько хорошо они знают партнера, напрямую зависит выгода в отношениях с ним. Китайские базары в Приморье, где почти каждый продавец говорит по-русски, хорошо эту мысль иллюстрируют.

А вот наши в этом отношении проигрывают. Если китайские дети, как уверяют эксперты, могут процитировать Пушкина и сказать пару слов о Достоевском, то российских школьников, а то и студентов имя Су Ши, Ду Фу или даже Конфуция скорее всего поставит в тупик.

Хотя во Владивостоке интерес к китайскому языку заметно вырос, сконцентрирован он в основном в вузовских аудиториях и пока не собирается превращаться в массовое явление. Как, например, в Суйфэньхэ, где каждый второй учит русский язык и где для этого открыто более 20 школ. Если говорить о китайском искусстве, например, о живописи и каллиграфии, то ее знатоков во Владивостоке еще меньше, чем знатоков тамошней литературы.

К сожалению, китайская классика не относится к приоритетам элементарного образования (на филфаке ДВГУ ее не изучают). Поэтому у большинства людей складываются о ней поверхностные представления - как в том анекдоте Борхеса про китайскую классификацию животных ("Животные делятся на: а) принадлежащих императору, б) забальзамированных, в) носящихся, как безумные, г) издали похожих на мух" и т.д.). Да и в пестрых книжных магазинах Владивостока современная китайская литература напрочь отсутствует.

Конечно, главная причина равнодушия к соседу - это не снобизм и не шовинизм. Скорее всего здесь проявляется пассивная, женственная позиция народа, пребывающего на очередном витке постперестроечной депрессии. Причем с явным оттенком продажности. Мол, сами придут и все нам сделают: и язык выучат, и накормят, и оденут, и дома построят. А мы им за это пару островов подарим.

Даманский всё ещё болит

И хотя российские власти стараются выглядеть браво, им пока нечего сказать скептикам, которые, в частности, указывают на разительный дисбаланс в приграничных законах обоих государств. Общеизвестно, что КНР располагает детально прописанной нормативно-правовой базой, касающейся приграничной торговли. База эта вместе со специальными государственными программами позволила превратить глухие приграничные деревни в крупные города.

Россия же имеет только одну статью из пяти предложений в Законе "О внешнеторговой деятельности", которая гласит, что "особенности приграничного режима устанавливаются постановлением правительства". Но ни постановлений правительства, ни специальных законов по данному вопросу в России нет. Зато есть ряд монополистов, которые так же быстро обогащаются, как крупные города в Приморье превращаются в деревни. А уж деревни исчезают с лица земли десятками в год.

Видимо, китайское правило - сначала создавать эффективные законы для развития бизнеса и лишь потом начинать само дело - для россиян не актуально. По крайней мере, о необходимости создания государственной стратегии развития Дальнего Востока, которая бы имела в виду и развитие местного производства, и усовершенствование системы образования, и умные законы, регулирующие внешнеэкономическую деятельность (причем все это с акцентом на КНР), - об этом в "Год России" в Китае никто официально не вспоминает. Очевидно, акценты у участников российско-китайских отношений уже расставлены, и менять их они не собираются.

Евгений Панкратьев

Поделиться:

Наверх