65,54 ↓ 100 JPY
11,21 ↓ 10 CNY
72,67 ↓ USD
63,94 ↓ 1000 KRW
Владивосток
Владивосток
+12° ветер 0 м/c
24 июня
Четверг

Общество

На крючке у времени

Справка о смерти № 6-07-2005

Толик Бочинин - поэт и пропойца. Толик Бочинин - одноногий покойник. Толик Бочинин - не похоронен. Толик Бочинин - не упокоен. Что, разве земля не отпускает? Что, разве небо не принимает? Сторож в мертвецкой его сторожит... Сколько денег стоит этот покойник? Бог со свитой ангелов на таможне требуют паспорт его предъявить. -->

Он тычет им в морды книжкой стихов, но в Элизиум "вход воспрещен"! Он не клянчит, он молча лежит на пологе жестком, не в облаках, простынкой измятой прикрыт, сто грамм и закуска в ногах... На велосипеде он к вечности ехал, а вечность - это такая прореха! Упал - и в небо глядит: "Что за дыра?" И по фигу все - стихи и долги... Что он там видит? Что он там слышит? В небе алтайском ему бы навек схорониться... Вижу: покойник, а плачет слезами... Слышу: полустишье ропщет во рту... "Дворник больничный, старый мудак, пока отлучался по нужде невеликой, подстилку мою утащил... Ну и пофиг, желаю ночи спокойной, Good luck!"

Это невероятно грустное и нежное стихотворение написал владивостокский поэт, прозаик и замечательный переводчик японской литературы Александр Белых. Оно про владивостокского же поэта Анатолия Бочинина. Который был бездомным: жил когда в мастерских художников, когда в доме Союза писателей, а когда и на улице. Который каждое лето ездил на своем велосипеде на родину, на Алтай, - на Шукшинские чтения. Который в июле 2005-го помер неизвестно как, и только друзья опознали его в морге...

Стихотворение не памятник, но память. Память о поэте, который "на велосипеде к вечности ехал", звучала на фестивале поэзии, который в первые дни декабря случился во Владивостоке.

Отодвинутое наследие

Другие стихи, такие же страшные и выразительные, Александр Белых посвятил Осипу Мандельштаму. Концепция фестиваля - преемственность приморской поэзии - таким образом была глубоко осмыслена и представлена. Она совпала с потребностью лучших из местных поэтов, просвещенных в литературном смысле и вовлеченных в мировую культуру, в осознании истории места, в котором они живут.

Начался фестиваль в ДВГУ. В академических стенах и разговор велся серьезный - о поэтическом прошлом нашего побережья. Редактор тихоокеанского альманаха "Рубеж" Александр Колесов, маститый поэт Юрий Кабанков и литературный критик Александр Лобычев вспоминали творчество Арсения Несмелова, Всеволода Иванова, других поэтов харбинской эмиграции. Потом - Павла Васильева, Геннадия Лысенко, Юрия Кашука, Александра Романенко...

Все это литературное наследие, к сожалению, отодвинутое сегодняшней массовой культурой на задний план, было названо по именам и поднято к свету специально для молодого поколения поэтов и вообще для юных людей, чутких к поэтическому слову.

От любви до джихада...

Голубки вы мои, голубки! Что же вы опять на дыбки? Я ж не жалуюсь, не корю, Я же вам по-людски говорю...

Примерно в таких выражениях член жюри фестиваля Юрий Кабанков обратился к публике, собравшейся после встречи в университете на поэтический вечер в галерее Portmay. Вел вечер Александр Лобычев - как арт-директор галереи.

Красок у молодежи в стихах было много, краски были узнаваемые: чайки, морось, туманы, влюбленность, любовь, слезы, водка, джихад... Все это с разной долей успеха облекалось в формы - как классические, так и авангардные.

Валерия Федоренко тонко и музыкально описывала, как "ранние сумерки бродят по городу". Иван Гавва "наивно" шутил: "Если б я был девочкой, я б не пил коньяк". Екатерина Петухова пробовала разгадать тайну солнечного света: "Тьма, ты мне снилась". Евгения Хузиятова прославляла поэзию и тревожилась о Шекспире...

Тайны старые и новые

Размазанным, как блин по сковородке, Похожим на стослойный бутерброд, Моим стихам, как огурцам и водке, Настанет свой черед...

Этим дерзко-веселым четверостишием Лера Федоренко встряхнула не то чтоб засыпавшую, но явно подуставшую публику, которая собралась на следующий день в музее имени Арсеньева. Здесь состоялась кульминация фестиваля - поэтический турнир, на котором читали свои стихи 18 поэтов, известных и совсем юных. Лера вышла 16-й... Приз зрительских симпатий!

Зал был полон. На стенах - работы студентов-дизайнеров из ДВГУ, воспитанников художника Ильяса Зинатулина. Обращаясь к собравшимся, он высказался в том смысле, что художники и поэты Владивостока - вечные друзья-соперники, которых заботит и это место, и жизнь в этом месте, и уже прошло прилично времени, так что и те и другие накопили немало опыта в попытках раскрывать его старые и новые тайны.

Кроме Александра Белых, еще несколько зрелых поэтов из объединения "Серая лошадь" держало в эти дни высокий поэтический уровень. Елена Васильева со своими искренними признаниями в любви к Владивостоку, который "тихий мой сумасшедший мой праведник мой уголовник". Алексей Сидоров, живущий "среди людей, у которых есть планы", чувствующий "себя среди них шарлатаном" и знающий о том, как в Биробиджане "шаман бьет в бубен без промаха". Юля Шадрина с душераздирающими стихами о матери: "Мама, я твоя случайная дочь". И Кира Фрегер со своими "крыльями золотыми из пробелов и пауз". А еще она стихотворение любимой многими Татьяны Зимы, которая живет ныне в Ванино:

Продирайся ко мне, а сквозь чащу осин, так стремглав пробегись. Только слезно прошу - ты меня не кляни, и сама не клянись. В возвращении есть плесневелый налет пустоты, что была до тебя или вместо тебя, но уж точно не ты. И у времени мы на крючке, словно рыба с разинутым ртом. Как живем, второпях не поймем, -->

оставляя всю жизнь на потом. И решившись красиво уплыть, вдруг лягушачьим брассом плывешь, а потом, по ночам, и сама ты не спишь, и другим не даешь. Ты другая, не та, что нужна мне была на костре, что была всех нужнее на дыбе, под ножом и в петле. И прощаясь с тобой каждой клеткою, кровью, слезой - да простит меня Бог за такое прощанье с тобой. -->

И дела мои плохи (мне кто-то сказал, как ножом отрубил), только ты не люби меня так, как никто никого никогда не любил.

Поэзия нуждается в прозе жизни

Важной удачей фестиваля оказалась не только его симпатичная концепция обращения к духовной памяти, литературной истории Приморья, к корням. Ее развитием стало представление приморских поэтических ветвей, цветущих по территории России, - на видео были показаны новые работы поэтов, покинувших родной город: Вячеслава Крыжановского, Галины Петровой, Лидии Чередеевой и Павла Шугурова. Причем в итоге художник Шугуров, проживающий ныне в Петербурге, сумел перевести начинавшийся традиционно фестиваль в плоскость современного визуального искусства. Поэзия и живопись были представлены бывшим владивостокцем в жанре видеоинсталляции. Одна из них показала серьезный философский подход: "Я - это не есть тело (душа, дух, сознание, память, опыт). Я - это только слово Я. Только этот текст"... На этой фразе поэтическая часть фестиваля была закончена.

В части практической поэтам улыбнулась удача в лице Татьяны Прудкогляд, поэтессы и директора издательства ДВГУ. Она объявила, что стихи всех участников фестиваля вместе с репродукциями работ молодых дизайнеров будут изданы в специальном, посвященном фестивалю, сборнике. Кроме того, книгой участницы фестиваля Евгении Хузиятовой издательство ДВГУ начинает выпуск сборников творений молодых поэтов Владивостока. Потомкам будет что наследовать...

Евгений Панкратьев

Поделиться:

Наверх