66.54 ↑ 100 JPY
11.31 ↑ 10 CNY
73.20 ↑ USD
64.56 ↑ 1000 KRW
Владивосток
Владивосток
+13° ветер 2 м/c
22 июня
Вторник

Общество

Ностальгия по дидактике

Ярополк Лапшин: "Современное кино - это не искусство. Это шоу-бизнес..."

Во Владивостоке идет кинофестиваль, а по одному из телеканалов - "Угрюм-река", сибирский эпос о богатыре-промышленнике Прохоре Громове. А у нас в гостях Ярополк Лапшин. Режиссер-легенда. Живой классик. Автор не только "Угрюм-реки", но и "Дыма Отечества", "Приваловских миллионов", "Демидовых" - фильмов, составивших гордость советского кинематографа...

- Ярополк Леонидович, с таким вопросом пристало обращаться к деятелям вашего масштаба... Каким вы видите сегодняшний день российского кино?

- Особого оптимизма не испытываю. Система "дореформенного" кино была налаженным и отработанным производством. Советские киностудии стабильно получали деньги на создание фильмов. Так же стабильно работала система проката. Киноиндустрия была доходнейшей отраслью советской экономики. По части приносимого дохода она уступала лишь торговле водкой. К тому же телевидение, особенно до 1970-х годов, пришло еще не в каждый дом. Кино было единственным массовым средством развлечения и... воспитания. Помните очереди в кассы кинотеатров?

Сегодня кинематограф интересует государство мало. Не говоря уже о том, что забыта идеологическая сторона вопроса. Более того, слышны мнения о том, что кино не должно заниматься ни воспитанием новых поколений, ни нести в себе идеологической нагрузки. Больше развлечений, больше прибыли - взять тех же "Ментов". Я бы не сказал, что русские сериалы - "серийные убийцы общественной нравственности". Но это не искусство. Это шоу-бизнес...

Но свято место пусто не бывает. Идеология приходит с Запада. И закупаем мы не лучшие фильмы. А кинематограф все-таки воздействует на человека, на его мозги.

- Выходит, не зря Владимир Ильич говорил, что из всех искусств для нас важнейшим является кино...

- Верно. На "Первом канале" в программе "По закону" видел сюжет о банде из пяти человек, потрошившей автомобили, убивавшей пассажиров... Спрашивают одного из убийц, самого молоденького: почему? "Кин насмотрелся", - отвечает. Понятно, что смотрел он не Бондарчука и, разумеется, не Герасимова. Идеология одиночки - часто не безгрешного, столь популярная в Голливуде, так или иначе перенимается и у нас. Вы заметили, что в американском кино побеждают, как правило, те, кто живет легкой жизнью? Не потому ли сегодня у нас преступность помолодела?

- То есть проблема в отсутствии дидактической наглядности? В отсутствии идей?

- Да. А еще нет героев.

- Разве? А те же "Менты" - Андрей Ларин, Толя Дукалис...

- Ну вот разве что... Но, с другой стороны, сам сериал "Улицы разбитых фонарей" я воспринимаю как гимн криминалу. Уже и милиционеры - герои этого сериала - разговаривают на блатном языке, круто разбираются с оппонентами. Говорить о таких сериалах как о достижении в искусстве я бы не стал.

- Вы не опасаетесь упреков в наивности, в старомодности? Ваш последний фильм "Сель" пронизан ностальгическими эмоциями, в том числе тоской по временам имперским, по Советскому Союзу, по союзному братству народов...

- Что до этих упреков, то они есть. Но я легкого успеха не ищу. Я уже в том возрасте, когда пора подвести черту. Мне уже никому ничего не нужно доказывать. Скорее всего я уже никогда больше не буду снимать кино...

А еще у нас в Екатеринбурге стало неимоверно трудно работать. Свердловская киностудия сегодня находится в таком плачевном состоянии, в каком она не пребывала даже в годы Великой Отечественной войны. Напомню, что открылась она в 1943-м...

Еще студентом ВГИКа я наивно мечтал о том, что пройдет время и во Владивостоке - городе, где в 1930-х годах прошли мое детство и юность, - будет киностудия... Но студия была образована в Свердловске, куда меня и распределили после окончания института. И с самого начала там, казалось бы, в провинции, мне удалось встретиться с замечательными людьми. Например, легендарный актер, режиссер и педагог Леонид Оболенский, который, побывав на фронте, в сталинских лагерях, затем долго работал у нас - Москва и Ленинград были для него закрыты. Эрудированный, красноречивый... Работал в те годы у нас и Георгий Жженов, тоже пострадавший в годы массовых репрессий и тоже не допускавшийся в столицы...

Будучи самой восточной студией советского кино, мы должны были работать на своем - сибирском - материале. Плюс экранизации литературной классики.

- Тем и славилась Свердловская киностудия, да и ваши фильмы тоже...

- Верно. Взять "Угрюм-реку". По-моему, мне удалось снять по роману Вячеслава Шишкова настоящий сибирский фильм. А "Демидовы" стали зрелищем еще более масштабным. Так или иначе, но мы приобрели и своего зрителя, и свой собственный почерк.

- Вы помните свой первый фестиваль?

- Минск. 1959 год. Всесоюзный кинофестиваль. Помню плеяду режиссеров, приехавших туда: Сергей Бондарчук с "Судьбой человека", Чухрай, Ростоцкий, Тодоровский, Ташков. Они вскоре заменили старую когорту советских классиков. Стали первыми. И на этом фестивале главную премию получил Бондарчук, второй по значимости приз - уж простите, не помню точно - то ли Ростоцкий, то ли Ташков. Третий приз достался мне за мой первый фильм - "Пора таежного подснежника". Сценарий написал молодой тогда еще бурятский поэт Николай Дамдинов...

И я хочу вернуться к вопросу о ностальгии... Видите ли, я не скучаю по СССР, по империи. Моя тоска... Она шире личных переживаний, хотя уже сейчас на глаза наворачиваются слезы. Просто сейчас... Сколько антагонизма и шовинизма в нас! "О, чурка идет узкоглазый! Чернож...й!" - говорим мы, глядя на человека, принадлежащего к другому народу, к другой культуре...

Пожалуй, напрасно я выбросил одну фразу из сценария "Селя". Беспризорник Сашка рассказывает главному герою Ахмету о погибшем отце, пьющей матери, и тот говорит: "Да... А я думал, что сель - это только у нас на Кавказе..."

Кинематограф - жесткое искусство. И не только с точки зрения эстетических норм. Всегда поджимают сроки. Всегда нужны деньги, деньги...

- Кстати, во что стали съемки последней картины?

- "Сель" потянул на 16 миллионов рублей. Недорого. С бюджетами Никиты Михалкова не сравнить.

- Если можно, о коллегах. Кого-то из молодых авторов сегодняшнего кино вы можете выделить?

- Не так уж тщательно я за кинопроцессом слежу, но кое-что могу выделить. Например, хороший фильм о войне "Звезда" создан молодым человеком, но на уровне. Мне импонирует фильм "В августе 44-го". Наконец-то сняли по роману Богомолова достойную картину, хотя в этот раз писатель даже снял свою фамилию из титров. Я выделяю эти работы не потому, что мне близки военно-исторические темы. Просто в этих фильмах есть светлые ясные идеи и идеалы - идеология, если угодно... А без идей мир рухнет.

Родился Ярополк Лапшин на Украине. А в Приморье оказался в 1932 году 12-летним мальчишкой - отца распределили. Учился в нынешней гимназии № 1. И параллельно... играл в труппе Приморского театра юного зрителя. Главный режиссер хотел, чтобы в спектаклях театра роли мальчишек исполнял настоящий мальчишка, а не актриса-травести. Так, собственно, все и началось. Потом была приемная комиссия ВГИКа с суровым Кулешовым во главе, война и работа - всю жизнь на Свердловской киностудии... Последняя картина - мелодрама "Сель", снимавшаяся близ Кармадонского ущелья. Оттуда съемочная группа выехала за день до трагедии.

Андрей Вороной

Поделиться:

Наверх