65,63 ↑ 100 JPY
11,21 ↓ 10 CNY
72,22 ↓ USD
63,94 ↓ 1000 KRW
Владивосток
Владивосток
+15° ветер 2 м/c
20 июня
Воскресенье

Общество

Звезда Героя упала с груди...

Владивостокские актёры хлебнули весеёлой и незатейливой экзотики китайской "фабрики грёз"

Несколько месяцев назад продюсер сериала "Дальневосточный спецотряд", который снимался в КНР, недалеко от Муданцзяня, г-н Тан Е Вей приезжал во Владивосток, чтобы найти на роли русских военачальников и исторических персонажей кого-нибудь из местных артистов. Его выбор пал на актеров Театра молодежи - Александра Афанасьева и Дмитрия Штанько... Недавно они вернулись со съемок. Своими впечатлениями о том, как делается кино по-китайски, делится Дмитрий Штанько.

- За две недели работы нам предложили по 200 долларов. Хотя деньги небольшие, мы сразу согласились, ведь киносъемками не избалованы. В общем, нас привлекла сама возможность сниматься.

У меня уже был опыт работы в китайском кино: в 1998-м в небольшом эпизоде фильма "Красная стена" я играл главаря валютной мафии Владивостока, которая вступила в конфликт с мафией китайской. По сценарию, мы этих ребят отлавливали на одном из владивостокских рынков, но их спасла старушонка, которая откуда-то выбежала с ружьем, пригрозила нам, а они в это время убежали. Откуда она взялась, и почему мы ее испугались - вопросы не ко мне, а к режиссеру. Это было очень смешно...

В этот раз все оказалось еще смешнее. Надо сказать, что на съемках любого кино - американского ли, русского или китайского - царит полная неразбериха. Когда мы ехали в Китай, предполагалось, что я буду играть какого-то генерала, а Александр Леонидович - священника, ведь мы приглянулись продюсеру на эти роли. А когда нас увидел режиссер, он решил, что мы будем играть уже других персонажей: я - маршала Мерецкова, а Афанасьев - генерала Крутикова. За одну ночь нам сшили костюмы. Но, как только мы выучили тексты, режиссер вдруг изменил решение: поскольку Александр старше, он будет играть Мерецкова, а я - Крутикова. При том что внешне Александр Леонидович - прямая противоположность Мерецкову: маршал был невысоким мужчиной плотного телосложения, с бритым лицом, а Афанасьев - высокий, стройный и с бородой. Но режиссер сказал: портретное сходство - не главное. Спорить не было смысла.

Съемки проходили под Муданцзяном, в летнем санатории. Недалеко от него, в лесу, из бревен был выстроен специальный штаб, такой добротный, что там даже жить можно было. На стене висели портрет Сталина и карта хутоуcского укрепрайона, построенного японцами. Считалось, что взять его практически невозможно. Наши доблестные солдаты его, естественно, взяли – но, если бы не помощь китайских товарищей, неизвестно, как повернулась бы ситуация. Об этом, собственно, и фильм.

За пару часов мы выучили тексты и готовы были работать, но про нас в тот же день забыли, словно мы были не нужны! Каждое утро я обращался к переводчику с вопросом, когда нас будут снимать. Он говорил: "Сегодня". Мы одевались в форму, гримировались и ждали, когда нас позовут. Но нас никто не звал. Так прошло несколько дней.

В конце концов режиссер сказал, что в сцене штабного заседания, в которой мы участвуем, двоих генералов недостаточно. Привезли несколько человек - вроде китайцев, но очень похожих на русских, видимо, это были потомки эмигрантов. А режиссеру все равно мало. Тогда переводчик поехал в Суйфэньхэ и привез оттуда аж семерых водителей КамАЗов. Их старательно нарядили в генеральскую форму, но почему-то снимали со спины. Зачем была нужна их славянская внешность, непонятно...

К сожалению, в фильме хватает киноляпов. С нами снималась студентка Восточного института ДВГУ Ксения. У нее была главная роль: русская девушка влюбляется в китайского парня - без мелодрамы у них ни один фильм не обходится. Так вот, она играла радистку в звании младшего лейтенанта. Когда на нее нацепили майорские погоны, я объяснил костюмеру, что звездочка на лейтенантских погонах должна быть меньше, но он лукаво улыбнулся и сказал: "Неправда, мы эту звездочку из России привезли". Так и снимали ее - майором...

Эпизоды с моим участием тоже не обошлись без ляпов. Поскольку я играл Героя Советского Союза, у меня на груди была прицеплена Звезда Героя - муляж на липучке. В процессе съемок он оторвался. Ко мне быстро подбежал костюмер и прицепил его обратно, но уже с другой стороны. Когда я это заметил, хотел перевесить, но режиссер сказал: "Не надо, мы уже полфильма отсняли"...

Нашей игрой режиссер остался доволен. Александр Леонидович вообще произвел фурор! Он сразу понял, что нужно китайцам: они делают фильмы так, как у нас снимали в 1930-е годы, - на замесе патетики, героизма и патриотизма. Именно так он и играл, произнося свои пламенные монологи, типа: "Дунин - вот последний плацдарм Второй мировой войны!!!" Режиссер стоял рядом, мимикой и жестами показывал ему, как все замечательно, и иногда выкрикивал по-русски: "Хорошо!"

Ко мне такого почтения не было, потому что я моложе, - так объяснила Ксения. А к ней отношение было совершенно неуважительное: во-первых, молодая, во вторых - женщина. Если она что-то хотела объяснить китайцам, ей приходилось говорить, что так сказал Александр Леонидович. Иначе ее бы просто никто не стал слушать!

Но больше всего на съемочной площадке меня впечатлили китайские каскадеры. Нас не приглашали на трюковые съемки, но, поскольку все равно делать было нечего, мы любили наблюдать за ними: как они бегают по стенам, прыгают с крыш, горят в машинах... Когда это все происходит на твоих глазах - кровь стынет в жилах...

Наталья Суняшева

Поделиться:

Наверх