67,72 ↓ 100 JPY
11,50 ↓ 10 CNY
74,00 ↓ USD
65,60 ↓ 1000 KRW
Владивосток
Владивосток
+19° ветер 3 м/c
16 мая
Воскресенье

Общество

Семьсот потов Сергея Гайдея

Один из лучших теноров России, солист Большого театра выступает на сцене с четырёх лет и утверждает, что оперное пение - занятие, которого он не пожелает и врагу

Встретившись с ним где-нибудь на улице, вы не пройдете мимо, равнодушно скользнув взглядом. Равнодушно на таких людей не смотрят - уж больно колоритен: высоченного роста и широты необыкновенной! Это на первый взгляд. А пообщавшись, вы поймете, что широта эта не столько внешняя, сколько внутренняя - душевная...

Прошедшие выходные стали по-настоящему праздничными для всех владивостокских ценителей оперного искусства. На сцене Пушкинского театра в рамках музыкального проекта "Большой театр во Владивостоке" при поддержке "Владивосток Авиа" выступал ведущий солист оперы Большого театра Сергей Гайдей. Восторг слушателей не передать словами: почти безграничные возможности певца завораживали, изумляли и восхищали, и каждый созданный образ заставлял вновь и вновь трепетать сердца...

Пение - лучшее лекарство

Он поет на сцене уже больше четверти века. Это в его-то двадцать девять! Сергею еще не было и четырех лет, когда мама по совету знакомых отдала его в хоровую капеллу. Мальчик часто болел ложным крупом - так пусть поет, разрабатывает легкие. И он стал "разрабатывать". Вот, до сих пор поет...

- То есть - все было предопределено?

- Нет, я вовсе не собирался быть певцом! Моя мама - инженер-строитель, я хотел идти по ее стопам. Неплохо, кстати, очень неплохо чертил... А пение - какая же это профессия? Несерьезно, правда? А потом меня услышал Владимир Емельянов - педагог Питерской консерватории. И предложил поступать к нему. Мы с мамой и поехали. Честно говоря, азарта или жгучего желания во что бы то ни стало поступить не было. Просто... Ну почему бы не попробовать? А меня бах - и взяли! Мне тогда еще шестнадцати не было, в школе учился. И поехал я домой, в Дубну, доучиваться. А на следующий год решил и в самом деле поступать, только поближе к дому - в Московское училище. И опять все как-то очень легко получилось. Знаете, я заметил: когда не напрягаешься, не желаешь чего-то страстно - оно само в руки плывет. Парадоксально, правда?

- Таких людей счастливчиками называют...

- Ну-у... Все-таки это необъективно. Ведь это только на словах легко, а на деле... Смех смехом, но, чтобы умиротворенно почивать на лаврах, нужно сперва поработать - не семь, а семьдесят потов согнать! А лучше - семьсот... И у меня поты сходили и сходят до сих пор. Не смотрите, что я такой... крупный. Это профессиональное. При пении раздаются мышцы живота, расширяется грудная клетка. Все оперные певцы имеют весьма обширные габариты. Надо бы, конечно, поработать над собой, но все как-то недосуг. Да и неохота... Знаете, меня со второго курса училища забрали в армию, я служил в Ансамбле песни и пляски МВД России. Накричался, наорался там - дай бог! Так вот, к чему я это. В армии столько физического труда - и вагоны разгружать, и мешки таскать, что, отслужив, я сказал: "Все". С меня физкультуры хватит! С тех пор ничего тяжелее реквизита в руки не беру.

Две ипостаси Большого театра

- Вас приняли в Большой театр, когда вам было всего двадцать...

- Да, тогда я учился на третьем курсе консерватории. До этого год проработал в "Новой опере" у Колобова. При прослушивании в Большом я ни на что особо не рассчитывал, как, впрочем, и всегда. В двадцать лет не очень хорошо осознаешь, что такое Большой театр.

- А сейчас?

- Сейчас... Большой театр можно разделить на две составляющих: искусство и интриги. Я стараюсь заниматься исключительно первым - петь. Петь хорошо, красиво, качественно. Каждый концерт - это большое испытание меня на прочность. Это волнение. Это стресс. Это страх. Это кураж. Это желание доказать, чего я стою. Хотя... С течением времени устаешь кому-то что-то доказывать. Хочется просто работать - в удовольствие себе, в удовольствие зрителям. Я не влезаю ни в какие театральные интриги, стараюсь от всего абстрагироваться, ничего не слышать, ничего не замечать. Мне противна та шумиха, которую устроила Волочкова в связи с ее увольнением, но это хорошо продуманный пиар. Если ей это нужно... Для меня узнавание на улицах - не самоцель. Мне это неинтересно.

Представьте меня гонщиком

- Честно говоря, оперных певцов мало кто знает в лицо...

- Это показатель уровня культуры страны, в которой мы живем. И ничего с этим не поделаешь. Настоящий оперный певец вряд ли когда-нибудь станет коммерческим "проектом", как, к примеру, Николай Басков. Хотя у России большой оперный потенциал. Но кто направит его в нужное русло? Я не знаю.

- Какая роль для вас самая значимая?

- Пожалуй, Калаф в "Турандот". Это огромная победа Большого театра, лучшая из последних постановок. И каждый раз в ней находится что-то новое, ранее неведомое...

- Послушайте, Сергей, а вы чем-нибудь увлекаетесь, кроме пения?

- Ну... Когда в течение многих лет работаешь без единого выходного - в буквальном смысле, трудно найти время для посторонних увлечений. Когда-то в юности я гонял на "Багге". Это такая клетка и четыре колеса. Какие у вас большие глаза сделались! Да, сейчас меня трудно представить гонщиком. Тем не менее это увлечение переросло в страсть к хорошим автомобилям. Когда-нибудь я буду их коллекционировать... Раньше я очень любил заниматься резьбой по дереву и мечтаю опять вернуться к этому занятию - очень успокаивает и расслабляет. Я, конечно, не напрягаюсь (смеется). Но у меня двое детей, и когда старший заявил, что он тоже будет петь, как папа, я испытал настоящий шок! Потому что петь в опере и врагу не пожелаю...

Сергей Гайдей - лауреат Международного конкурса им. Глинки (приз "Надежда"), Международного конкурса им. Зимина в Большом театре (первая премия), телевизионного конкурса Архиповой "Большой приз Москвы". Родился 11 марта 1974 года в Дубне Московской области. Окончил Московскую государственную консерваторию им. Чайковского, класс профессора Скусниченко. Стажировался в Московском муниципальном театре "Новая опера" под руководством Евгения Колобова. С 1995 года работает в Большом театре. Выступает во Франции, Испании, Италии, Лондоне, Гонконге, Германии. Репертуар просто потрясает: Герцог в "Риголетто", Альфред в "Травиате", Баян в "Руслане и Людмиле", Юродивый в "Борисе Годунове", Рудольф в "Богеме", Калаф в "Турандот", царь Берендей в "Снегурочке", Ленский в "Евгении Онегине", Моцарт в "Моцарте и Сальери" и другие ведущие партии в самых разных операх...
Морпеховская БМП отличается от обычных тем, что десантируются с корабля прямо в воду. Зарубежных аналогов не имеет, в 1995-м такие машины прошли всю Чечню и, по словам механиков, на суше чувствовали себя ничуть не хуже. В ВМФ России, в зависимости от десантовместимости, предназначения, дальности и автономности плавания, десантные корабли подразделяются на большие, средние и малые. Большие десантные корабли типа "Иван Рогов" (построенные в 1973-1989 годах) способны принимать на борт мотострелковый или танковый батальон, в составе вооружения имеют отряд транспортно-боевых вертолетов Ка-29. Быстроходные десантно-штурмовые и десантно-высадочные катера на воздушной подушке являются авианесущими. По универсальности средств высадки десанта (уникальному сочетанию транспортно-боевых вертолетов, плавсредств в доковой камере и наличию носового высадочного устройства) эти корабли не имеют аналогов в мировом военном кораблестроении.

Юлия Гусейнова

Поделиться:

Наверх