65,24 ↓ 100 JPY
11,17 ↓ 10 CNY
72,33 ↓ USD
63,86 ↓ 1000 KRW
Владивосток
Владивосток
+15° ветер 2 м/c
25 июня
Пятница

Общество

Антипровинциалка

Я всегда считал, что один из первичных признаков подлинного искусства - половой. ИСКУССТВО ДОЛЖНО БЫТЬ СЕКСУАЛЬНЫМ. И пол его - женский. Знак "инь" китайской натурфилософии. В этой связи не лучше ли изучением искусства заниматься мужчинам? Это естественно. Мужчин первобытно влечет все женственное. А что получается, когда культурологией занимается женщина?

Ни одна выставка современного искусства во Владивостоке не обходится без присутсвия этой эффектной женщины. Не все, правда, догадываются, что большинство их - плод ее усилий. Кстати, у Марины Куликовой есть еще один талант - собирать на выставках вокруг себя толпы журналистов, которые потом выдают ее мысли за свои. И ваш покорный слуга не исключение. Многие художники обязаны ей именем. А следуя банальной истине, что для настоящего художника творчество - это жизнь, то...

Ее борьба

Еще до перестроек и глобальных прогрессивных сдвигов в массовом сознании Марина Куликова устраивала в оккупированной эстетикой имени Шишкина Приморской галерее выставки тех, кого политработники от искусства обзывали абстракционистами. Они не знали, что это не ругательство... Подобно отбойному молотку Стаханова, она пробивала выставки художников, чьи работы пару лет спустя становились предметом вожделения зарубежных галерейщиков вроде Александра Глезера. А также предметом внимания западных искусствоведов.

По иронии судьбы, продвинутое и фундаментальное арт-образование Марина получила в консервативной Академии художеств имени великого передвижника Репина. Да Марина и сама "передвижница". Еще во времена Фурцевой, будучи совсем юной девочкой, наша героиня часто ездила в творческие командировки по сельхозрайонам Приморья. И устраивала дояркам и пастухам показы картин именитых местных реалистов Телешова и Шебеко. Такие выставки и назывались передвижными...

На краю пространства

- Марина, говорят, что у вас есть своя концепция развития искусства в Приморье. Вроде бы у нас сложилась своя школа, свое направление?

- Боюсь, это громко сказано. Но живопись наших художников, тех, кого можно назвать "восьмидесятниками", непровинциальна. Мы не провинция, а край мира или пространства, если хотите. Как ни банально это прозвучит, но живем мы на стыке западной и восточной культур. И наша психологическая удаленность от центра России - нам лишь во спасение. В Москве и Петербурге живопись выродилась, стала манерной, как мужчина неопределенной ориентации. И перестала быть русской. Хотя художник Дальнего Востока тоже не может быть только русским. Он не станет рисовать, как Суриков или Шишкин, но и Хокусаем не будет. В этом магия нашей природы, нашей трансцендентальной биогеографической среды.

До 80-х годов самобытных художников во Владивостоке не было. Были такие, как Каль, Пановский, но ни духовно, ни телесно они не были "нашими". Потому и случившийся после них застой в живописи был закономерен. Приморской живописи вернули лицо Кирилл Шебеко, Иван Рыбачук и покойный Телешов. Они стали экспериментировать с пространством. После них появилась "шикотанская группа" - Рачев, Корж, Волков, Серов. Впечатляясь по-импрессионистски красотой пейзажа или внезапно налетевшей тучей, они создавали картины выразительными, экспрессионистскими методами. Да, этакий симбиоз Мане и Мунка. Они все любили Джека Лондона и американского художника Рокуэлла Кента. Они также воспевали Север и его романтику...

Неприятие

Кульминацией деятельности Марины в 80-х стал грандиозный арт-проект "Искусство Приморья 20-80-х годов". Он занял девять залов галереи. И длилась эта выставка половину 1989 года! А в 1994 году в Москве Марина в рамках Дней приморской культуры взорвала все устаревшие культурологические основы, организовав прогремевшую выставку наших художников "Ветер с Востока".

На то Владивосток и "город-то нашенский", чтобы и у нас, как и по всей России, процветал дух чисто всероссийской энтропии, называемый еще призраком непущательсва. Россия Достоевского, где пахнет кошками на лестничной клетке! "Ветер с Востока" не остался безнаказанным. Четыре года спустя Марину "не пустили" в Союз художников России. Говорят, что не без подковерного участия руководства местного Союза. Для них Куликова была преступницей. Она проигнорировала монстров местного реализма. Она покусилась на святая святых - на серогранитные основы просоветского квази-искусства...

Приложение любви

- Сегодня и "шикотанцы", и Рыбачук с Шебеко, похоже, свою миссию выполнили. Когда же мы говорим о "приморской волне", то имеем в виду две группы...

- "Владивосток" и "Штиль"! Они создали нашу современную живопись. Их объединял восточный взгляд на искусство, который приобрели люди с европейским образованием. Они поднялись над миром и стали вести диалог уже непосредственно с мирозданием, с Творцом. Это Шлихт, Федоров, Тушкин, Пырков из "Владивостока". Это Симаков, Камалов, Макеев, Зинатуллин из "Штиля". Их, всех таких разных, объединяла также оппозиция к официальному искусству.

Социально все они были более-менее благополучны. Тот же Пырков членствовал в правлении Союза художников России. Кого по-настоящему не пускали, так это покойного Виктора Шлихта, пожалуй. Его не клеймили - просто замалчивали. Но впечатление от этой "молчанки" было еще более страшным. Но вот где-то году в 87-м в галерее была выставка натюрмортов, которая не должна была, по идее, привлекать внимания. И я опубликовала на нее рецензию в "Красном Знамени". И очень тепло отозвалась о работах Виктора Шлихта. Через картинную галерею он узнал мой адрес, пришел с букетом цветов и коробкой конфет. С порога произнес: "Марина, вы первая в этом городе, кто написал обо мне!" И этот грузный, бородатый, мощный человек заплакал... Я была потрясена.

- А Виктор Федоров, например...

- О! Это совершенно мистическая, сакральная фигура. Он был одним из первых, чьи полотна заговорили о пространстве в его философском аспекте. Его пантеизм, его многобожие - это преломление собственного жизненного опыта. Федоров - один из немногих, кто умеет рисовать Бытие, безмолвное и многоголосое. Он, пожалуй, один из самых эрудированных наших художников. Очень артистичный человек, прекрасный рассказчик. И еще Федоров, несмотря на свои седины, то ли ангельски, то ли дьявольски очень молод. Влюбляются в него всегда очень юные девушки...

- Кстати, о любви... Я имею в виду Александра Пыркова. Вы, кажется, выделяете его из всех прочих...

- Не я одна. Пырков один из самых известных и востребованных за рубежом приморских художников. Он - уникум. Его живописный метод весьма условно можно назвать "метаморфозами пространства", в котором нет ни верха, ни низа. Он рисует совсем не тот мир, в котором мы живем. Хотя когда-то он создавал картины в стиле фигуративной живописи, где все образы были узнаваемы и понятны. Но в 89-90-м годах у него произошел перелом - он убрал из своих полотен все опознавательные знаки и... Вернулся к истокам искусства, когда еще не было ни слова, ни предмета - ничего. Пырков рисует Пустоту, то самое Дао, которое, как известно, суть вещей и которое полнее любой вещи...

Свободное слово

О художниках с Мариной можно говорить бесконечно. А вот она сама...

- Иногда кажется, что я, как декабрист, "страшно далека от народа". Одно время во Владивостоке я не могла найти себе достойного собеседника. Упаси Боже, это не поза. Это скорее моя боль. Если сегодня в картинной галерее Приморья не осталось ни одного искусствоведа... О чем можно говорить? Два года назад я ушла оттуда. Официальная формулировка - "по состоянию здоровья". Я действительно была очень больна. Но на самом деле в галерее стало нечего делать.

Но работать я не перестала. Я стала свободным арт-критиком. Работаю с галереями Артэтаж, "Арка". Словом, есть где приложить силы и знания. Да и на выставки, которые я делаю с нашими художниками, приходит немало народа. Так что я без страха смотрю в будущее. Наверное, я просто не боюсь прошлого...

Андрей Вороной

Поделиться:

Наверх