65,55 ↑ 100 JPY
11,28 ↑ 10 CNY
72,50 ↑ USD
64,13 ↓ 1000 KRW
Владивосток
Владивосток
+16° ветер 6 м/c
18 июня
Пятница

Общество

Не дай бог отцу синдром педофилии...

Прапорщик одной из приморских в/ч сделал собственную малолетнюю дочь наложницей и персонажем домашнего порно

Разоблачение

27 октября 1997 года в доме Олега и Марины Хариных (фамилия изменена по этическим соображениям), проживавших в районе станции Океанской, в очередной раз возник конфликт. Громкие ссоры в этой семье в последнее время стали возникать с тревожной периодичностью: отношения между супругами ухудшились настолько, что Олег и Марина фактически стали друг другу абсолютно чужими людьми.

В тот день обстановка накалилась настолько, что жена напрямую заявила мужу: мол, я знаю, почему не нужна тебе, - ты порнуху постоянно смотришь, и знаю, куда ты прячешь свои картинки и кассеты. Марина действительно знала, что порнофильмы благоверный держит в вентиляционной шахте ванной комнаты. С криком: "Вот куда ты все прячешь!" - она вытащила оттуда целую кипу фотографий. И обомлела: на нескольких из них была изображена их девятилетняя дочь Полина, которая в полуобнаженном виде вступала в половую связь со взрослым мужчиной. А присмотревшись, мать обнаружила, что этот мужчина - не кто иной, как ее муж и родной отец Полины! Пока Олег приходил в себя, жена выбежала из квартиры и направилась в милицию...

Сотрудники Океанского отдела Советского РУВД поначалу отнеслись к подобному заявлению скептически: мало ли, муж с женой поругались, вот она и наговаривает на него невесть что. Но все-таки оперативно выехали на место и прапорщика задержали. Харин все наотрез отрицал: на большинстве фотографий, снятых на "Полароид", не было видно лица растлителя, а то, что жена опознала его по каким-то только ей ведомым признакам, - так она просто оговаривает его, пытается избавиться. Невзирая на то что подозреваемый шел в полный отказ, прокуратура Советского района возбудила уголовное дело, но для дальнейшего расследования оно было передано в военную прокуратуру Владивостокского гарнизона. Харин и там занял позицию оскорбленной невинности: чтобы я - свою дочку?! Да это кто-то другой сделал, я бы его вообще бы убил! В общем, давать признательные показания он не собирался, вероятно, рассчитывая и на молчание дочери...

Метод кнута и пряника

Однако девочка созналась во всем. Не таясь, она рассказала о том, что с ней проделывал отец на протяжении последних двух лет, - он начал развращать Полину, когда ей было только семь. Всего следствие насчитало 18 преступных эпизодов: прапорщик, любивший тяжелую германскую порнуху, насиловал собственную дочку в форме, которая квалифицируется уголовным законодательством России как извращенная.

Причины для этого Харин каждый раз находил разные. Например, в качестве наказания за плохие оценки: получила "тройку" по русскому - получай за это секс с папой. Иногда прапорщик даже заезжал на машине за Полиной в школу: идиллическая для посторонних картина крепких и нежных семейных отношений через несколько минут заканчивалась для "провинившейся" девочки очередным сеансом "папиной любви".

А чтобы Полина в один прекрасный момент не лишила его удовольствий, рассказав все маме, отец использовал еще и "пряник" - периодически вручал дочери дорогие подарки. Марина, которая даже не догадывалась о том, что происходит, умилялась, глядя на то, как в условиях тотального безденежья муж дарит Полине весьма не дешевый домик для куклы Барби или игровую видеоприставку. Матери это казалось проявлением обычной отцовской любви...

Испытание нравственности

В дальнейшем Харину показалось мало того, что он проделывал с дочкой, и он начал это документировать - записывать на видеокамеру и фотографировать на "Полароид".

Для того чтобы найти ту пленку, на которой были записаны секс-забавы прапорщика, военным следователям пришлось отсмотреть порядка 40 личных видеокассет прапорщика с немецкой порнографией. И только на одной из них, где-то в середине, обнаружился искомый эпизод: на нем были видны и действия отца-развратника, и его лицо.

И еще: поскольку российское законодательство требует, чтобы при допросах несовершеннолетнего по делу о сексуальном насилии обязательно присутствовал педагог, для некоторых учительниц участие в допросах Полины стало настоящим испытанием: услышав откровения девочки, учительницы падали в обморок...

Расплата и ещё раз расплата

Психологическая экспертиза, проведенная в военном госпитале ТОФ, установила: несмотря на имеющиеся отклонения - органическое поражение головного мозга сложного генеза, синдром педофилии, аффектическое сужение сознания, снижающее интеллектуальный и волевой контроль, прапорщик Харин является вменяемым и может нести уголовную ответственность. Правда, нуждается в лечении в стационаре.

Заседание военного суда Владивостокского гарнизона, состоявшееся 22 мая 1998 года, определило меру наказания для извращенца: шесть лет колонии строгого режима, но с предварительным лечением в Санкт-Петербургской психиатрической больнице с интенсивным наблюдением (она расположена в пригороде Питера на ул. Арсенальной и известна больше как "тюремная дурка"). По решению суда, после нескольких лет лечения Харин должен был отбывать остаток срока в колонии.

Однако спустя год с небольшим от главврача психбольницы пришло довольно странное письмо: мол, Харин уже излечился, содержать его дальше в стационаре незаконно, поэтому либо направляйте в колонию, либо выпускайте. Что значит - выпускайте? В итоге прапорщика отправили досиживать свое в колонию-строгач в Омске (кстати, вероятно, в ближайшее время он может освободиться). Понятное дело, ехать на зону с такой статьей Харину не хотелось, ведь уже во Владивостокском СИЗО у него возникли неизбежные проблемы с сокамерниками. О масштабе этих проблем может свидетельствовать тот факт, что, находясь в СИЗО, он был переведен в камеру, которую сами подследственные и осужденные называют "обижухой", - за особый контингент, который там находится. Как бы ни были жестоки эти тюремные законы, наверное, их можно признать справедливыми...

Что же касается Полины, то еще до вынесения приговора мать была вынуждена отправить ее на новое место жительства в один из сибирских городов. Хочется надеяться, что время залечит нанесенные девочке раны. Но главное, чтобы синдром педофилии однажды снова не разбудил в прапорщике Харине отцовские чувства...

Александр Огневский

Поделиться:

Наверх