65,42 ↓ 100 JPY
11,22 ↓ 10 CNY
71,68 ↓ USD
64,44 ↓ 1000 KRW
Владивосток
Владивосток
+17° ветер 1 м/c
14 июня
Понедельник

Общество

В поисках разноцветного золота

Геолог - разведчик будущего или воспоминание об умершей профессии?

Среди всех советских весенних праздников День геолога, отмечаемый 7 апреля, был, наверное, самым романтичным после 8 марта.

При слове "геолог" в памяти возникал образ интеллигентного бородача в хемингуэевском свитере, болотниках и с рюкзаком - беззаветного искателя подземных сокровищ. Эти героические люди, воспетые в мифах и легендах советского прошлого, в свое время откопали среди тайги и болот стратегические запасы "черного" и желтого золота, газа, никеля и прочего железа, до сих пор дающих львиную долю госбюджетных поступлений. Впрочем, профессия геолога давно вышла из моды: теперь гораздо выгоднее экспортировать полезные ископаемые, нежели их искать. Но без геологов через 5-7 лет экспортировать будет нечего, поэтому полностью вымереть геологи не должны - если, конечно, на них вовремя не обратят внимание те, кому нужен их труд.

Бесполезные ископаемые

Приморская геология, отмечающая этот праздник уже 36 лет, знавала лучшие времена: несмотря на относительно небольшие размеры, край не обделен стратегическим сырьем - в его недрах можно найти половину таблицы Менделеева. По мнению начальника Приморской поисково-съемочной экспедиции (ППСЭ) Виктора Мельника, добыча полезных ископаемых могла бы приносить в бюджет края до 50 % средств, если бы какая-нибудь из краевых администраций помогала этому производству. Сейчас основные разведанные запасы полезных ископаемых находятся на севере Приморья: кроме известных дальнегорских боросодержащих пород и свинцово-цинковой руды, есть еще месторождения вольфрамовых и оловянных руд, рассыпное и рудное золото. По оптимистическим прогнозам, на юго-западе края залегают мощные пласты нефти и газа. Под Павловским угольным месторождением спрятаны залежи дефицитного графита, а на севере обнаружено месторождение барита - тяжелого минерала, используемого в буровых растворах при бурении нефтяных и газовых скважин. Есть еще редкоземельный германий, висмут, марганец, калийная глина и кварцевый песок и, как многие считают, даже алмазы.

Однако в последние годы горнодобывающие предприятия края останавливаются одно за другим - повышение стоимости электричества и транспорта уже сделало нерентабельной добычу в крае олова. Но даже при сокращении добычи объем разведанных запасов очень невелик: Приморскому и Лермонтовскому ГОКам известных месторождений вольфрамовой руды хватит еще лет на пять, "Дальполиметаллу" свинца и цинка - от силы на десять. Чтобы и дальше добывать руду, тем более осваивать новые виды сырья, нужно финансировать геологоразведку, которая сегодня представляет собой жалкие остатки былого величия. В ППСЭ осталось всего 200 человек на весь край, в дальнегорской экспедиции - единственной оставшейся на севере края - около ста из прежней тысячи. В Кавалеровском, Тернейском и Ольгинском районах подобные структуры исчезли вовсе, а знаменитая Таежная экспедиция в Рощино, по слухам, для чего-то куплена Романом Абрамовичем.

Все беднее и дороже

Современная мировая геология - дело весьма дорогостоящее: искатели подземных кладовых не столько носятся по горам с молотком, сколько бурят километровые скважины и сидят в лабораториях за навороченными приборами. Все наземные россыпи и выходы ценных ископаемых уже давно использованы, теперь их ищут глубоко под землей, при этом месторождения становятся все беднее, а условия добычи - все хуже.

Растет и цена вопроса: для нефтяников не попасть четырехкилометровой скважиной в нефтяную линзу 10-метровой толщины - это потеря нескольких тысяч долларов. Чтобы попасть наверняка, они сначала моделируют место бурения в 3D-тектонике - говорят, есть уже и 4D-модели. Но у нефтяников, по крайней мере, есть на это деньги. А дальнегорцы располагают лишь пятью старыми буровыми установками, не берущими глубину больше полутораста метров.

До сего года финансирование как главный вопрос существования геологоразведки решалось через целевой внебюджетный фонд воспроизводства минерально-сырьевой базы, куда все добывающие предприятия отчисляли по 5 % выручки, из которого потом 30 % средств расходовалось на федеральном уровне, а 70 % - на местном. При этом из прошлогодних 112 млн рублей, потраченных "на геологию", из федерального бюджета было выделено 47,9 млн, а из краевого - всего 3,7 млн. С начала 2002 года правительство решило пустить все "сырьевые" деньги через бюджет, и фонд прикрыли. Налог отменили, но денег на разведку тоже не стало. В результате в этом году ППСЭ, по словам Мельника, еще не получила ни рубля. Теперь геологоразведка вынуждена оплачивать поисковые работы только за счет заказов федеральных и территориальных служб, которые, по традиции, не любят платить за уже сделанную работу - Министерство природных ресурсов и краевая администрация задолжали ППСЭ, которая три месяца сидит без зарплаты, более 6 млн рублей.

Поскольку геология работает на будущее, все затраты на поиски и разведку месторождений должны со временем окупиться, но пока этим озабочены только сами горнодобывающие предприятия. При всем при этом, горно-геологическая отрасль даже сейчас не является дотационной и даже приносит государству прибыль - с чем мы ее, в день профессионального праздника, и поздравляем.

Лев Коломыц

Поделиться:

Наверх