65,42 ↓ 100 JPY
11,22 ↓ 10 CNY
71,68 ↓ USD
64,44 ↓ 1000 KRW
Владивосток
Владивосток
+19° ветер 5 м/c
15 июня
Вторник

Общество

Всех оправдать нельзя

Вот уже десять лет мы отмечаем 30 октября День памяти жертв политических репрессий. К этой дате подводятся итоги, поднимаются старые дела, рассекречиваются архивы. Спустя много лет жертвы репрессий называются таковыми официально. Или не называются. Главное в этом деле - разобраться, кто пострадал по навету, а кто действительно был наказан за конкретные преступления.

За тюрьму не молятся

Шел 1935 год. В городе Ворошилове (ныне Уссурийск) успешно действовала организация баптистов: ситуация смутная, по православию нанесен удар, но вот до остальных конфессий у властей руки не дошли. Во главе ворошиловских баптистов стояли американские миссионеры, они работали на совесть, активно привлекая в свои ряды малограмотное население городка, - читали лекции, организовывали курсы, проводили агитацию.

Одним из проповедников стал Петр Емельянович Коцебанов, 55-летний житель Ворошилова. В начале 1930-х он уволился из железнодорожного депо и много лет нигде не работал. По свидетельству недоброжелательно настроенных соседей, Коцебанов занимался спекуляцией: продавал на рынке рыбу, которую привозил ему сын Павел, китобоец на пароходе "Алеут". "Зачем мне трудиться в депо, когда я за полдня выручил 50 рублей", - отвечал на вопросы о заработках Петр Емельянович.

Но главным грехом Коцебанова была все-таки не спекуляция, а идеологическая несознательность: во время своих проповедей он призывал молиться за сидящих в тюрьме. Допрошенные на суде свидетели показали, что проповедник агитировал против советской власти. Якобы он неоднократно повторял фразу: "Христос пришел и родился на Земле, чтобы уничтожить власть и начальство и истребить силу врага, который много нас теснит". Эта простая религиозная фраза была расценена как контрреволюционная агитация.

Коцебанова арестовали. В его доме были найдены три баптистских журнала - тоже опасная пропаганда против советской власти. А уж документы о том, что он являлся районным проповедником баптистской секты с окладом 250 долларов США, вообще оказались убойным компроматом. Коцебанову предъявили обвинения по двум статьям: 58-10 ч. 1 УК - свержение и подрыв советской власти и 107-й - спекуляция. Бывшего проповедника отправили на пять лет в исправительно-трудовой лагерь города Ворошилова. Его дальнейшая судьба неизвестна...

Разгром концессии Бриннера

Жители Приморья с гордостью говорят, что всемирно известный голливудский актер Юл Бриннер родом из Владивостока. Однако мало кто знает, насколько трагичной была история бизнеса семьи Бриннеров.

В начале прошлого века дядя Юла Бриннера организовал на рудниках в селе Тетюхе концессию по добыче свинцовых руд. Концессия работала до начала 1930-х годов прошлого века, потом Бриннерам стало просто опасно жить в СССР: за ними пристально следил ОГПУ. Последним из России бежал Феликс Бриннер.

Что же касается русских работников концессии, то им повезло меньше: ну не нравился односельчанам тот факт, что концессионеры много зарабатывают, вот и донес кто-то чекистам о якобы проводившейся на рудниках антисоветской агитации.

Формальным поводом для арестов в 1933 году стал очевидный факт: у многих концессионеров родственники успели убежать за границу еще в годы революции. Дело шилось с размахом. К уголовной ответственности были привлечены 11 человек, в разное время занимавшие различные должности в концессии. Обвинительное заключение основывалось на том, что рудники находятся в тайге, в значительном удалении от краевого центра и промысловых пунктов, а значит, с самого момента основания концессия являлась базой для группировки враждебных пролетарской диктатуре элементов.

Доказательством вины подозреваемых становились якобы услышанные кем-то фразы. Например, Евгению Павлову приписывались слова: "К власти в партию пролезли нежелательные элементы". Другой работник, Петр Эйсмонт, якобы сказал: "Скоро большевиков мы будем душить и в бухте топить!" Масла в огонь добавили и найденные на территории концессии листовки. В одной из них, например, был такой текст:

"Слава русскому народу, дружно громко мы поем. За народную свободу против красных мы пойдем. Крепче бей, наш русский молот, и рази, как Божий гром. Пусть падет, во прах расколот, Сатанинский Совнарком!"

Антисоветчина налицо, но сейчас уже никто не скажет, вправду принадлежали эти листовки бриннеровцам или были сфабрикованы провокаторами. Тогда все решилось просто. Суд приговорил четверых человек к исправительному лагерю сроком на 5 лет, двоих - на 10 лет, одного - на три года. Федор Ивличев и Александр Житницкий были расстреляны. Последний - только потому, что в 1929 году не донес в органы ОГПУ на родную сестру, которая собиралась бежать за границу. Ни один из обвиняемых не признал себя виновным, но это никак не повлияло на суровость приговора...

Тысячи сломанных судеб

Превращение Приморья в расстрельный край произошло в 1937-1938 годы. Конечно, расстреливали и раньше, начиная с 34-го, но в то время хотя бы процессуальные нормы соблюдались. А потом началось то же, что и по всей стране: за неполных два года было расстреляно более девяти тысяч человек! Показательно, что в их числе - почти каждый второй оперативный работник краевого управления НКВД. Практически полностью был выведен из строя контрразведывательный отдел УНКВД - и это накануне второй мировой войны. Очень постарались командированные из Москвы сотрудники центрального аппарата НКВД, руководил которыми Иосиф Лиходзеевский - сегодня его называют палачом. Не менее поразительный, но обратный эффект имело и назначение в 1939 году начальником УНКВД по Приморью Михаила Гвишиани. Новый главный чекист прежде всего провел чистку в тюрьме: распорядился освободить всех, кто оказался там необоснованно (это выяснялось, разумеется, после разбирательств).

Слово исторической справедливости

Однако реабилитация коснулась не всех, кто в сталинские годы сидел в тюрьмах и лагерях. Об этом рассказывает начальник отдела УФСБ по Приморскому краю подполковник Эдуард Дроздов:

- Реабилитация как таковая относится к компетенции прокуратуры и судов. Управление ФСБ проводило большую работу по пересмотру, отбору, первичной оценке архивных дел, выносило заключение по ним и направляло их в прокуратуру для принятия решений. Это связано с тем, что ФСБ России является правопреемником тех органов, которые осуществляли производство по уголовным делам в рамках своей компетенции, - главным образом по 58-й статье Уголовного кодекса РСФСР.

Но далеко не все фигуранты этих уголовных дел подлежат оправданию. Печально знаменитая 58-я статья УК РСФСР содержала несколько подпунктов: например, 58-1"а" и 1"б" - измена родине (гражданскими и военными лицами), 58-6 - шпионаж, 58-14 - саботаж, 59-9 - квалифицированная контрабанда (это когда, к примеру, обозами вывозили через границу колхозное имущество), наркоторговля, торговля оружием, бандитизм и т.д. Люди, которые были осуждены по этим статьям, тоже проходят как репресированные, но по части таких дел, пересмотренных чекистами, отказано в реабилитации.

Например, в число саботажников, привлекавшихся по ст. 58-14, нередко попадали и убийцы, и наркоторговцы. Реабилитация проводилась только в отношении тех, у кого не произошло поглощение 58-й статьей откровенно уголовных составов преступлений. В отношении некоторых лиц - проституток, содержателей опиекурилен, контрабандистов и прочих - в ту пору бытовал термин "соэ" (социально опасные элементы). Соэ, как правило, репрессировали даже без указания статей УК (энкаведешники, которым были даны неограниченные права, не утруждали себя документированием доказательств) - именно поэтому их реабилитировали автоматически.

Но есть и такие, кто не будет оправдан никогда. Недавно, например, приходил на прием седовласый старик. Требовал признать его потерпевшим от произвола властей. А оказалось, что он в годы оккупации активно помогал немцам угонять население на работу в Германию. Сразу после войны отменили смертную казнь, поэтому его приговорили к 25 годам лишения свободы. Отсидел от звонка до звонка. И о какой реабилитации в этом случае можно вести речь?..

УФСб продолжает изучать и систематизировать эти материалы. Но главный вывод ясен уже сейчас: все-таки большая часть людей - основная масса арестованных с 34-го по 38-й год - была осуждена необоснованно. Поэтому историческая справедливость должна быть восстановлена.

С 1989 года не прекращается поток заявлений от граждан о реабилитации. С этого же времени правоохранительные органы начали пересматривать все дела и без обращений - в плановом порядке (а в 91-м был принят закон о реабилитации жертв политических репрессий, расширявший права этих самых жертв). Только УФСБ по Приморскому краю с 1989 по 1998 год рассмотрело свыше 42 тысяч уголовных дел (учитывая, что по некоторым делам проходил не один человек, а несколько, в отдельных случаях до ста и больше человек, людских судеб репрессивные жернова перемололи гораздо более четырех десятков тысяч). На 1 января 1999 года в УФСБ Приморья не осталось ни одного не пересмотренного дела. Кроме того, с 1994 года по настощее время УФСБ рассмотрены 11225 заявлений о реабилитации и розыске репрессированных родственников, из них за 10 месяцев этого года - 1183.

Георгий Кулаков, Варвара Федорова

Поделиться:

Наверх