Читать 14 мин. 5 сек.Общество

Охотоведа Михаила Сергеевича Ковалева называют лесным генсеком

Охотоведа Михаила Сергеевича Ковалева называют лесным генсеком
100 лет назад великий путешественник Владимир Арсеньев пересек Приморье с запада на восток, из Шмаковки в Ольгу. "Н" прошли тропою Арсеньева вместе с человеком, работа которого - охрана природы. Это охотовед Михаил Сергеевич Ковалев

Всего на территории Приморья около ста охотхозяйств. Коллег Михаила в них — чуть более сотни. Квалифицированных, имеющих образование и опыт, — гораздо меньше.

Тропою Арсеньева

Поздно вечером 20 мая 1906 года Владимир Арсеньев записал в полевом дневнике: «В 11 утра наш экспедиционный отряд тронулся в далекий путь. Сегодня намечался путь до села Успенки. Путь лежал по местности почти голой, равнинной и болотистой. После вчерашних дождей дорога была тяжелая и очень грязная. Колеса глубоко увязали в глине и затрудняли движение. К тому же одна из лошадей плохо шла на пристяжке в двуколке, металась в сторону, сбивала коренника, и только когда ее перестегнули на другую сторону, немного успокоилась и несколько обошлась».

Мой путь в охотничье хозяйство «Горное», раскинувшееся в предгорьях Сихотэ-Алиня, тоже начался в Успенке — так раньше называлась Кировка. Здесь мы и встретились с охотоведом Михаилом Сергеевичем Ковалевым, отсюда и двинули на его стареньком внедорожнике по заснеженным отрогам Сихотэ-Алиня в глубь приморской тайги, а в дороге и познакомились поближе:

— Я коренной приморец, родился и вырос в деревне Филаретовке Лесозаводского района. В 1962 году окончил местную восьмилетку, уехал во Владивосток, стал неплохим токарем… Но корни деревенские оказались сильнее, вернулся в Филаретовку. Работал охотником-промысловиком в местном «госпромхозе». К ружью, лесу, охоте я привык с детства: серьезно занимался охотой мой дед, а учил промысловой науке отец — тоже охотник не из последних.

— Почему решил стать охотоведом, одной охоты для реализации мужского начала было мало?

— Чтобы стать настоящим охотоведом, необходимо серьезно учиться… Видимо, именно тяга к знаниям толкнула в профессию, в лес. Охотоведов готовят только два вуза России. Для европейской России — в Кирове, а для Сибири и Дальнего Востока — в Иркутске, в местных сельхозакадемиях. Вот я и поступил на заочное отделение в Иркутский сельхозинститут, пришлось шесть лет учиться по книжкам дома и на практике — в лесу. А практика — великая сила, к тому же меня еще студентом определили в охотоведы, так что профессию свою я к окончанию вуза знал на «пять».

Охотовед — это организатор производства. Добычу в лесу зверя охотником контролирует и регламентирует именно охотовед. Нормы, сроки, объемы охоты берутся не из головы, а на основании строгой системы учета зверья на своей территории. Это больше бумажная, счетная работа. Образно говоря, охотовед — генеральный секретарь лесного поголовья.

В 2004 году Михаил Ковалев стал охотоведом первого в Кировском районе частного охотничьего хозяйства «Горное».

Подкова на счастье

Хорошо в «Горном»! В здешних горах и лесах почти не ощущаешь близости цивилизации, напрямую общаешься с природой и таежными обитателями.

Вот прямо на лесной дорожке, по которой Михаил ведет меня к подкормочной площадке изюбров, следы тигра. Одна из цепочек следов — огромных, с тарелку — легла ровной строчкой по пороше, другая — рваная, прыгучая, озорная, да и следки так себе, чуть больше пачки сигарет. Фотографирую — и на всякий случай озираюсь…

— Обычное дело, — комментирует следы охотовед, — это тигрица с тигренком «обходит владенья свои». Все звери любят ходить по дорогам! Так удобнее и проще, не тратятся силы, лучше обзор и видимость опасности. Но у зверя острее чутье и зрение, поэтому он узнает о приближении человека загодя и уходит в чащу. Правда, бывает, что непугливый медведь, изюбр или тигр не уходит до последнего: ну лень ему уступить дорогу человеку!

Кстати, именно такие «визитки» — цепочки звериных следов на снегу — основа основ учета зверя в хозяйстве.

Три кита охотоведа

— Что такое работа охотоведа?

— Это устройство дорог и охотничьего быта, оборудование на вверенном участке солонцов и подкормочных площадок, приобретение, ремонт, содержание различной техники — для поездок, вспашки и перевозки тяжестей, руководство штатом сторожей и егерей, а кроме того, учет поголовья зверья. Разумеется, зрительно пересчитать лесных жителей по головам невозможно — технология предусматривает подсчет следов по снегу на специальных учетных площадках. На территории «Горного» их три.

Каждый февральский день прохожу по специальному маршруту, считаю: сколько на участок зашло и вышло зверя, цифирь ежедневно заношу в специальный дневник охотоведа. Потом данные суммируются, и по специальным формулам определяется, сколько и какого зверя обитает на территории охотничьего хозяйства.

— И каковы эти данные на сегодняшний день?

— «Горное» уникально по качеству и количеству зверя. Охотничье хозяйство расположено вдали от крупных поселений, и зверя здесь меньше тревожат. В предгорьях сохранились кедр и дуб — хорошая кормовая база для многих видов животных и птиц. В свое время учредителями «Горного» была поставлена задача увеличения числа поголовья крупного лесного зверя, поэтому охота на нашей территории вот уже несколько лет не велась. А в 2006 году губернатор Приморья Сергей Дарькин наложил вето на охоту во всем Кировском районе. Зверь чувствует заботу, понимает, здесь ему лучше и вольготнее. Здесь нередки барсук, белка, выдра, енот, зайцы, изюбр, кабан, много колонка, есть пятнистый олень, косуля, медведи, норка, рысь, соболь и харза. Последний — большой колонок — самый, кстати, организованный хищник Приморья, он живет и охотится семьями…

Согласно учетным данным, «Горному» нужно еще три года, чтобы здесь восстановилась численность диких животных.

— Какой показатель плотности звериного населения является рубежом?

— На каждом квадратном километре должно быть по два-три копытных, медведя и кабана — около тысячи крупных диких животных на всем охотхозяйстве. Мы хотим, чтобы здесь можно было наблюдать за животными тайги, а не только охотиться.

— Есть в «Горном» еще и тигры…

— В урочище хозяйства они в последние годы живут более-менее постоянно, хотя на охоту уходят и за десятки километров. Раньше здесь тигры не обитали: не было кормовой базы. Вообще хищник перемещается по территории или вслед за копытными, или в их поиске. В «Горное» копытные пришли в новогодние праздники, сбежав из Чугуевского района от открытой там на них охоты…

Тигр — интересный и грозный зверь! Он может наблюдать за человеком с 10-15 метров, оставаясь невидимым, прячась за ствол кедра или кустарники.

Планов громадье

— Помимо подкормочных площадок для зверья, в «Горном» вырыт пруд, и сейчас в нем зимуют карпы. Хотим весной сделать вольер для благородного оленя. Выкупили у придорожных кабатчиков медведя — посадим в клетку вблизи жилой зоны хозяйства. На подкормочных площадках поставим вышки — для фотоохоты, наблюдения за зверем, учетных работ. А когда-нибудь проложим в поселке горнолыжную трассу: хороший уклон лесосеки позволяет спланировать ее длиной два километра!

Приедут и прут!

Впрочем, главной задачей охотоведа «Горного» с начала существования хозяйства остается охрана зверья от браконьеров. Ковалеву это удается — число копытных и кабанов растет год от года. Чего нельзя сказать об охотничьих территориях общего пользования Кировского района: там зверья становится все меньше. Поэтому в «Горное» днем и ночью, зимой и летом пытаются прокрасться враги дикой природы — люди с оружием, но без разрешения на охоту в здешних угодьях.

— Среди браконьеров — и местные жители, и приезжие. Здешние ссылаются на традицию: мол, всегда здесь охотились и ни у кого разрешения не спрашивали. И у тебя не будем! А полезешь на рожон — смотри, тайга большая… Приезжие — чаще всего жители краевого центра и, как правило, не самые последние фигуры в приморской иерархии. Они законы и порядок знают. Знают, что любая охота в Кировском районе запрещена, что «Горное» — частное охотхозяйство. Но отлично понимают, что на нашей территории браконьерство может быть прибыльным, быстрым и эффективным! Зверя здесь больше, он здесь прикормлен!

Последние браконьеры, задержанные охотоведом Ковалевым в «Горном» уже в январе 2007 года, тоже оказались из серии «непростых». Элитное оружие, чиновные погоны, а главное — разрешение на отстрел копытных и кабана «для науки» — якобы на нужды микробиологических исследований.

Однако те, кто снаряжал браконьерскую группу в «Горное», хорошо понимали, что никакого разрешения на охоту у нас и вообще в Кировском районе быть не может: кто посмеет прямо нарушить губернаторское вето? Поэтому у браконьеров была лицензия на отстрел зверя в Лесозаводском районе — а это в ста километрах от «Горного»! Примечательно, что звероубийцы приехали на чиновную охоту с благословения районного охотоведа, и это не первый инцидент…

— Браконьер стал технически вооружен. Раньше на собственном горбу можно было унести максимум десять-пятнадцать килограммов мяса, поэтому зверя били меньше. Сейчас некоторые охотятся на оленя или кабана с высоты…

По мнению Михаила Сергеевича — пропавший где-то в этих краях вертолет погиб из-за браконьеров, запасавшихся с борта винтокрылой машины дичью к новогоднему столу:

— Найдут вертолет весной. Найдут корневщики — люди, собирающие дикоросы по самым глухим чащобам и урочищам Приморья. Уверен, что обнаружится он неподалеку от «Горного». Я их лично видел в небе — летали низко, над самыми кронами деревьев, явно высматривая зверя. Маскировались: бортовые номера на вертолете были заклеены. Видел их над Шевкуновым ключом — кстати, это совсем в стороне от предполагаемого маршрута!

…Сам азартный охотник, Владимир Арсеньев восклицал: «Невольно поражаешься количеству зверей, которые уничтожаются без времени, без необходимости и сроков… Боже мой! Как бы процветала фауна и флора, если бы человека не было. И он еще осмеливается называть себя царем природы. Нет, он бич земли! Это самый ужасный хищник, беспощадный и свирепый. Чем мне чаще приходится бить разного зверя, тем все более и более я убеждаюсь, что рано или поздно я брошу этот вид охоты».

Охотхозяйство «Горное» напоминает в плане перевернутую подкову. Угодья площадью 140 км2 раскинулись от Уссури до Холодного хребта в географическом центре Приморья, в 80 км к югу от Кировки. В центре угодий — гора Талая высотой 678 м, восточная граница «Горного» проходит по руслу рек Охотничьей и Тенечки. По учетным данным 2006 года, здесь обитало 10 изюбрей, 8 оленей, два гималайских медведя, около 15 кабанов. В урочищах охотничьего хозяйства обитают пять тигров.

Охота — добыча диких зверей и птиц, а также ловля их для расселения, использования в зоопарке, цирке и т.д. Во многих странах мира регулируется законом и контролируется госорганами. СЭС, Москва, 1989 год.

Охотоведение — наука об охоте и охотничьем хозяйстве, охране, обогащении и рациональном использовании охотничьей фауны. СЭС, Москва, 1989 год.

Экспертное мнение По информации специалистов Россельхознадзора по Приморью (здесь собирается и анализируется вся информация о фауне), запрет губернатора края на охоту в Приморье носит рекомендательный характер. Ценные в хозяйственном отношении звери (в т.ч. копытные и кабаны) подпадут под юрисдикцию АПК только с 1 января 2008 года. однако охотоведы услышали губернатора: в 2006 и 2007 году количество лицензий на отстрел таких животных в Кировском районе было минимально. По информации Россельхознадзора, численность копытных в крае медленно увеличивается, численность кабанов зависит от кормовой базы, и может годами резко возрастать или уменьшаться. К сожалению, браконьеры приморского зверя бьют все чаще, число протоколов о таких нарушениях с годами возрастает. Одна из причин: в лесу эффективно противостоят «человеку с ружьем» только государственные охотоведы (их в Приморье меньше 70). Охотовед частного охотхозяйства все еще не имеет права активно и эффективно противостоять вооруженным лесным преступникам…

Василий Буслаев

Nvl Новости Восточной Ленты
автор статьи пожаловаться на статью