Читать 8 мин. 10 сек.Общество

Опасные болезни приморской медицины

Опасные болезни приморской медицины
Диагноз главного патологоанатома Дальнего Востока

Быть российским медиком почетно, а получать российскую зарплату унизительно — это понимают все. А вот почему реформирование отрасли здравоохранения, начатое недавно, — это популизм, не приносящий ничего, кроме новых проблем, рассказывает ректор Владивостокского государственного медицинского университета Юрий Каминский.

«Народ умирает, наука вырождается, и в ближайшие 5-7 лет улучшения не предвидится», — таков диагноз доктора Каминского, главного патологоанатома ДФО, доктора медицинских наук, заслуженного деятеля науки РФ, академика РАЕН, почетного профессора Харбинского и Сеульского медицинских университетов, президента Тихоокеанской международной медицинской академии, почетного академика Польской академии медицины и Всемирной академии им. Альберта Швейцера.

— Что вас больше всего настораживает в нынешней ситуации?

— Как медика меня волнует здоровье нации. Россия по средней продолжительности жизни мужчины занимает 138-е место в мире, женщины — сотое. Смертность у нас превышает рождаемость. В России государственные отчисления на медицину из фонда заработной платы составляют 2,8%. Для сравнения: во Франции этот показатель равен 6,5%, в США — 8%, в Германии — 10%. Ежегодно население страны сокращается на 2 млн человек. И негативная тенденция устойчиво сохраняется.

— Попытки правительства исправить положение вас не вдохновляют?

— Лозунг министра здравоохранения Зурабова о «доступном, качественном и эффективном медицинском обслуживании» — это популистский миф. Какая может быть равнодоступность медицины в таком социально неравном обществе, при высоком уровне коммерциализации медицины? Нужны не лозунги, а продуманная стратегия развития здравоохранения, подкрепленная законами. Те законы, которые есть сейчас, нередко мешают медицине.

— Например…

— Недавно был принят закон, который остановил науку трансплантологию. Потому что два месяца назад один депутат написал, будто органы берут с живого человека. При этом мы забываем, что эфтаназия широко используется в цивилизованном мире. Без такой работы медицина развиваться не может. Другой пример: Федеральный закон №131, который поделил больницы между краем и муниципалитетами по следующему критерию: специальная помощь оплачивается из краевого бюджета, а первичная — из муниципального. Проблема в том, что эти функции далеко не всегда четко разделяются.

Еще больше вопросов вызывает система обязательного медицинского страхования. На мой взгляд, ФОМС — это никому не нужный монстр, который весьма странно распределяет средства по больницам. Например, краевая больница представляет лучших профессионалов, которые традиционно работают с самыми сложными больными, и поэтому здесь закономерно высокий процент летальных и тяжелых случаев. Однако именно по этой причине с нее высчитывают при финансировании. При этом страховщик почему-то получает 20 тысяч рублей, а врач, который лечит человека, — в 4 раза меньше.

Что касается коммерциализации медицины, то она носит базарный характер: взятки, высокие цены на медикаменты, фальсификации с просроченными лекарствами, купленными по дешевке (то, на чем разбогател Брынцалов). Кто объяснит, зачем мы закупили за границей 50 видов аспирина, когда наша фармацевтическая промышленность выпускает аспирин ничем не хуже и дешевле? Меня настораживает, что до сих пор у нас нет статистики медицинских ошибок. У врачей нет ответственности — моральной и финансовой. А во главе больниц становятся финансисты. Хотя, по моему твердому убеждению, руководить больницей должен врач, а финансист — лишь служить интересам медицины.

— В чем недостатки новой программы?

— Программа Путина по развитию здравоохранения оставляет у меня единственное впечатление: красиво у нас научились составлять программы! Осталось научиться их воплощать. А это намного сложнее. Реализация данной программы началась с глупости. Я имею в виду добавку к зарплате одной категории врачей. От этого и без того сложная ситуация обострилась. Потому что у подавляющего большинства медиков зарплата осталась ниже прожиточного минимума. А ведь сколько государство вкладывает в медицину, столько оно и получает отдачи. Отсюда и вся эта шокирующая статистика о смертности россиян.

— Правительство решило построить по всей стране 15 медицинских центров, оснащенных современным оборудованием.

— Это еще одна глупость. Ведь каждый центр обойдется бюджету в 2 миллиарда. Зачем тратить столько средств на новые постройки, если у нас полно хороших больниц, которые требуется только переоснастить. В это же время больницы в Приморье закрывают… За последний год во Владивостоке 3 поликлиники лишились своих помещений и были сконцентрированы в одном здании.

Растущая тенденция лечения за границей ни к чему хорошему не приведет. Нужно, чтобы вкладывали в свою медицину. Вооружали хирургов новым оборудованием. Но, похоже, ситуация вышла из-под контроля властей. Сегодня у нас в одно и то же время функционирует пять видов медицины: государственная, муниципальная, частная, шарлатанская и шаманская.

— В чем, на ваш взгляд, корень проблемы?

— Я 20 лет ректор, и за это время сменилось 16 министров здравоохранения. Вот одна из причин болезни: в России нет стратегии развития медицины. Каждый министр приходит со своими программами, реформами — и уходит, не успев ничего толком сделать. В итоге медицину продолжают финансировать по остаточному принципу. Сегодня врачей не хватает, потому что предлагают низкую зарплату и не обеспечивают жильем. Врачам всегда было сложно, но мы знали, что будет завтра. Сегодня я не уверен, будет ли вообще завтра работать наш вуз.

— Интересно, на чем тогда он держится?

— На энтузиастах. Медицина — это консервативное сообщество, и многие преподаватели живут по старым правилам. В медицину идут особые люди, у которых сформировано чувство сострадания и доброты. Главное богатство вуза — высокопрофессиональный профессорско-преподавательский состав. Я дорожу традициями отечественного образования и четко знаю, как подготовить специалиста. Я не делаю филиалы в других городах Приморья, как поступают многие вузы, желая расширить доходы. Потому что подготовка врача стоит в 10 раз дороже, чем подготовка инженера.

— Какие меры необходимо принять для качественного улучшения развития медицинского образования в Приморье?

— Для начала, я полагаю, нужно не разбазаривать по всему краю медицинское оборудование, а сосредоточить в одной клинике. Университетская клиника — это необходимая часть медицинского образования на Западе, и это первое, что необходимо для развития медицинского образования в крае. Затем Приморью нужно целенаправленное финансирование закупок современного оборудования, ведь медицина не может развиваться на агрегатах 20-30-летней давности. Врачам нужно платить достойную зарплату, а не унизительные 4 тысячи. Преподавателей нужно обеспечивать жильем, поскольку на свой оклад они никогда не смогут заработать на квартиру.

Еще я считаю, что план приема студентов должен составляться самим университетом, а не Москвой. К примеру, министерство дает нам 10 мест на стоматологический факультет. Но на нашем рынке иная конъюнктура. Приходится идти на нарушение и набирать по 50-75 человек. Но главное — это чтобы в стране и в крае существовала программа стратегического развития здравоохранения, обеспеченная законами и учитывающая систему образования.

Евгений Панкратьев

Nvl Новости Восточной Ленты
автор статьи пожаловаться на статью