65,24 ↓ 100 JPY
11,17 ↓ 10 CNY
72,33 ↓ USD
63,86 ↓ 1000 KRW
Владивосток
Владивосток
+16° ветер 2 м/c
25 июня
Пятница

Общество

Один из поколения победителей

В селе Черниговка живет, причем отнюдь не праздной жизнью, замечательный человек Николай Кононенков - единственный в Приморье Герой Советского Союза, заслуживший это звание в Великой Отечественной войне

В эти дни черниговская почта доставляет массу поздравлений, адресованных самому знаменитому жителю села - Николаю Кононенкову. Среди респондентов, чье внимание ветерану сегодня особенно дорого, - президент России Владимир Путин и командующий войсками ДВО генерал армии Юрий Якубов...

"От Курска и Орла война нас довела..."

Боевое крещение Николай Кононенков получил на Курской дуге, на Центральном фронте. В преддверии битвы (уже тогда не только генералам, но и рядовым было ясно, что ей суждено стать великой) он в числе первых комсомольцев-добровольцев был направлен в саперный батальон. В июле 1943-го этим молодым солдатам предстояло обеспечить минное заграждение на тех направлениях, где были наиболее вероятны танковые атаки врага.

- Это потом я узнал, что в общей сложности от Курска до Белгорода нашим ребятам пришлось установить около 500 тысяч противотанковых мин и примерно столько же противопехотных, - рассказывает Николай Иванович. - Конечно, было страшно: двигаться приходилось практически под непрерывными обстрелами с обеих сторон, среди установленных мин - своих и чужих. Ведь, кроме установки постоянных полей, мне и моим товарищам приходилось открывать и закрывать "ворота": нужно пройти нашим танкам и пехоте - мины снимаем, надо закрыть дорогу немцам - срочно устанавливаем. Как? Где перебежками, где ползком, иногда едва не под гусеницами вражеских "тигров" и "пантер". На опасных направлениях приходилось мины тащить на веревках.

Особенно нам досталось, когда началась битва под Прохоровкой. На этом поле, где сошлось около полутора тысяч танков, творилось что-то невероятное. Это был ад! Со всех сторон гремели разрывы, лязга гусениц не было слышно из-за беспрестанной стрельбы. И - огонь, огонь, огонь...

Немецким танкам (их, как я потом узнал, фашисты снимали даже с Западного фронта и перебрасывали сюда, желая взять реванш за поражение под Москвой и Сталинградом) противостояли наши мины. Ведь тяжелые "немцы" стреляли до полутора километров, а наши - средние, "тридцатьчетверки", - могли эффективно поражать врага на значительно меньшей дистанции... Когда началась битва, то ни артиллерия, ни авиация не могли "работать": что не дымилось, то горело - земля, танки, люди... После этой бойни - уж и не знаю, как жив остался, - я поседел.

Их осталось только трое

Практически сразу, не давая врагу ни дня передышки, советские войска после Курской дуги продолжили наступление. Был среди наступающих и Николай Кононенков.

- В середине октября 1943-го, когда мы подошли к левому берегу Днепра, командование вновь бросило клич: "Комосомольцы, вперед!" И я снова был среди тех, кто сделал этот шаг. Понимал, конечно, что могу погибнуть, ведь возможности уцелеть при форсировании реки почти нет. Но молодость и комсомольский задор взяли верх...

В районе города Лоева, близ Гомеля, Днепр достаточно широк - около 800 метров. Мы - на левом, пологом, берегу. А на правом, крутом, закрепились фашисты: через каждые 30-40 метров они установили железобетонные доты с крупнокалиберными пулеметами.

Даже после сорокаминутной артподготовки - нам казалось, что после нее ни одна былинка не сможет шелохнуться, - фашистские пулеметчики снова и снова начинали поливать огнем и свинцом реку. Как в таких условиях высаживать десант?..

Николай Кононенков вспоминает, что перед десантированием он - в ту пору сержант, замкомвзвода - был назначен командиром лодки. Задача перед бойцами стояла почти невыполнимая: переправиться, перетянуть на берег трос (держась за него, другим бойцам будет легче преодолеть быстрое течение реки), закрепиться и установить Красное знамя в честь 25-летия образования ВЛКСМ. На всех участников форсирования лодок не хватало, и многим нашим солдатам приходилось переправляться на бревнах, досках, ящиках.

- До берега оставалось метров 30-40, когда лодка перевернулась. Пришлось пускаться вплавь. Из 25 человек, садившихся в лодку на правобережье, на левый берег Днепра вышли только семеро. Река, казалось, кипела от беспрестанных разрывов. Сколько человек нашли тогда смерть в Днепре - страшно даже представить, не то что увидеть! А нам во что бы то ни стало надо было уничтожить эти треклятые доты!

Пользуясь тем, что находились в "мертвой зоне" - пулеметы располагались практически над нашими головами и их огонь не мог нас поразить, - мы быстро кинулись во вражеские окопы. Для маскировки надев на себя немецкую форму, подкрадывались к дотам и забрасывали через амбразуры гранаты... Семерых бойцов нашего взвода, оставшихся в живых после форсирования, тогда представили к званию Героя Советского Союза. Но получить звезды смогли лишь трое: четверым награды присвоены посмертно...

После битвы за Днепр Николай Кононенков участвовал во многих боях, освобождал Румынию и Польшу, а на дальних подступах к Берлину его ранило в ногу. На этом Великая Отечественная для ветерана закончилась. Так совпало, что 9 мая 1945 года вместе с праздником Победы Герой Советского Союза Николай Кононенков отпраздновал и 23-ю годовщину со дня рождения.

Через Владивосток на Маньчжурию

Подлечившись и подучившись (сбылась мечта Николая Ивановича стать пусть не летчиком, так танкистом - в небо не пустили медики), лейтенант Кононенков прибыл во Владивосток. Здесь, в районе Гнилого угла, в преддверии войны с Японией, были сосредоточены танковые соединения, которым предстояло участвовать в разгроме Квантунской армии.

Во Владивостоке же, в паузе между войнами, в жизни молодого лейтенанта произошло важное событие. Красавица Капитолина, к тому времени тоже имевшая за плечами фронтовой опыт, обещала Николаю дождаться его возвращения из Маньчжурии. А после короткой войны за освобождение Северного Китая от японских захватчиков стала супругой Николая Ивановича. И с тех пор - уже почти 60 лет - они вместе.

Не знающий покоя

Так получилось, что Николай Кононенков не смог выполнить приказ Сталина, в соответствии с которым все Герои Советского Союза должны были продолжать военную карьеру и пройти курс обучения в академии. Не позволило здоровье: суровые медики поставили крест на дальнейшей военной службе.

Но, имея определенный багаж знаний и опыта, Кононенков не мог сидеть сложа руки: три года проработал технологом на Дальзаводе, а потом - опять-таки по настоянию врачей - сменил климат. В Черниговке трудился сначала на машинотракторной станции, а затем - в опорно-показательном совхозе. Получив образование инженера сельскохозяйственного производства, немало сделал для развития механизации и автоматизации в животноводстве и птицеводстве.

- В советские годы хозяйство наше было как игрушка, - с грустью вспоминает Николай Иванович. - Не то что сейчас...

Много лет ветеран отдал работе в системе народного контроля: его принципиальность, настойчивость и неуемное трудолюбие не раз помогали навести порядок в районе. И сейчас, четверть века находясь на заслуженном отдыхе, Николай Иванович Кононенков не ищет спокойной жизни: ну не лежит душа к праздному времяпрепровождению. Активно работает в районном совете ветеранов, участвует в воспитании школьников Черниговского района, выступает перед призывниками.

Да и дома не знает покоя: немало забот требуют здоровье супруги, да и сын, живущий во Владивостоке. Когда Николаю Кононенкову в райсобесе предложили социального работника в помощь, он категорически отказался. Да и врачей, не так давно сделавших ему операцию, честно предупредил: он-де собирается прожить до 120 лет, а не только до 60-летия Победы.

Дай-то бог - никак не меньше!

Георгий Кулаков

Поделиться:

Наверх