Ежедневные Новости
Владивостока
67,08 ↓ USD
76,95 ↓ EUR
99,33 ↓ 10 CNY
16 января
Среда

Политика

Как уходили губернатора

Обсуждая ситуацию в Приморье, Путин разозлился, как говорят знающие люди, до редкого для себя градуса...

Игнат Ратовский

В магазинах Владивостока появилась в продаже книга Михаила Бергера и Ольги Проскуриной "Крест Чубайса". Как уже сообщали "Ежедневные Новости", одна из глав книги посвящена эпопеи борьба экс-руководителя РАО "ЕЭС России" Анатолия Чубайса с губернатором Приморского края Евгением Наздратенко. Книга подробно описывает историю их взаимоотношений - от первой встречи и до момента отставки губернатора.

Кстати, в книге приводятся достаточно любопытные подробности последних дней эпохи Наздратенко. Вот несколько цитат из книги.

"...Бывший экономический советник президента Андрей Илларионов вообще считает, что против властей Приморья было использовано "энергетическое оружие". Отставки губернатора там добились, ограничивая энергоснабжение региона и провоцируя кризисы. Когда зимой 2001 года в Приморье случился очередной тяжелый кризис, это уже достало всех, включая президента. Путин послал одного из руководителей админи­страции, уполномоченного поговорить с Наздратенко о его отставке. Наздратенко ответил, что готов написать заявление. Ему говорят: "Пи­шите". - "Сейчас не могу - послезавтра напишу". Приходит обозначен­ный день - заявления от Наздратенко нет. Человек из администрации звонит, а губернатор ему отвечает, что, мол, он сейчас в больнице и что, как только выйдет, сразу же напишет. Путин, говорят, разозлился не на шутку. Сам соединяется с Наздратенко. (О факте самого разговора писали газеты".)

Диалог состоялся примерно такой. "Евгений Иванович, обещали за­явление написать?" - "Обещал". - "Будете слово держать?" - "Конечно, Владимир Владимирович, раз сказал, что напишу, значит, напишу". - "Тогда берите ручку, бумагу и садитесь писать. Прямо сейчас". - "Я вот сейчас в больнице, в барокамере. А в барокамере у меня ручки-то и нет. Не могу написать". - "Не можете - не надо. Решайте сами. Время для принятия решения - десять минут". Через десять минут звонок от Назд­ратенко: "Я написал, кому сдать заявление?"

"...Когда перед очередным визитом представителей РАО во Владивосток местные начальники публично пообещали их арестовать, Чубайс снаря­дил с Раппопортом (Андрей Раппопорт - зампредседателя правления РАО "ЕЭС" - прим. "ЕН") взвод автоматчиков. Отстреливаться не пришлось, но машину с гендиректором, выехавшую из аэропорта на собрание акционе­ров, ГАИ задержала минут через пять пути. Тут же возник ОМОН-долго искали наркотики и оружие, а заодно поинтересовались: а где же Раппо­порт? Его по чистой случайности не оказалось в машине гендиректора, но это позволило Раппопорту провести собрание акционеров и принять все нужные решения.

Кстати, гендиректор "Дальэнерго", который страшно не нравился Наздратенко, не устраивал и руководство РАО. Он оказался существенно слабее ситуации, в которой надо было работать. Но его держали, чтобы не потакать местным властям. В конце концов Раппопорт решил договари­ваться с Наздратенко: мы увольняем нашего директора, нового согласуем с тобой. Только при одном условии - тарифы должны быть подняты на 25 процентов. И Наздратенко согласился.

Потом у них с Наздратенко даже что-то вроде приятельских отно­шений стало возникать. После года войны. Он пригласил Раппопорта к себе домой, познакомил с семьей. Как-то позвал покататься на катере, а когда Раппопорт решил искупаться, за ним в воду тут же прыгнули на­здратенковские охранники.

- Все говорят, что я тебе добра не желаю, - весело сказал На­здратенко, - не хочу, чтобы на меня подумали, если, не дай бог, захлеб­нешься.

Осенью 2000-го Раппопорт убедил Чубайса, что вся тяжелая работа в Приморье сделана, там уже практически рутина, что он хотел бы больше внимания уделять своим основным обязанностям в РАО. На посту пред­седателя совета директоров "Дальэнерго" Раппопорта сменил Анатолий Копсов, опытный профессиональный энергетик. И так случилось, что месяца через три после того, как он приступил к работе, возникла тяже­лейшая ситуация. В Сибири установились морозы под пятьдесят градусов. Остановились угольные разрезы, и составы с углем перестали ходить во Владивосток. А у самого "Дальэнерго" из-за накопленных долгов угля не хватало. В общем, пришлось чуть не останавливать станции. Картина ужасная: люди в январе на улицах жгут костры и готовят еду. Все - хуже некуда. И тут уже Путин разозлился, как говорят знающие люди, до редкого для себя градуса. Он собрал совещание по этому вопросу. Всем накостылял.

- Я там что-то говорю про неплатежи, про губернатора, - расска­зывает Чубайс, - а он: "Вы за энергетику отвечаете. Нет энергии - ви­новаты". Он так очень резко и справедливо, наверное, перевел ситуацию в такую плоскость, что я - главный виновник.

Чубайс, в общем, и так шел на это совещание без какой бы то ни было уверенности, что выйдет оттуда в своей должности.

Присутствовавший на совещании генпрокурор Владимир Устинов заметно оживился. "На решение проблемы - пять суток, - давал ука­зания президент, - Чубайс, лично отвечаете за восстановление энерго­снабжения в полном объеме. Устинову-открыть уголовные дела на всех виновных".

Кроме того, Волошину, как председателю совета директоров, было поручено на ближайшем собрании акционеров поставить вопрос об укреплении руководящего состава энергохолдинга. Было похоже, что и положение Чубайса становится неустойчивым. Вице-премьер Виктор Христенко, правда, после заседания заявил журналистам, что указания об укреплении руководства РАО "ЕЭС" не означают отставку председателя правления.

- Для меня это была тяжелая ситуация, - комментирует Чубайс. - Я-главный виновник, а мне еще надо идти в ответную атаку. Это совсем плохо, особенно учитывая место событий - кабинет главы государства. Читаю на лице Устинова (Владимир Устинов, тогда - генпрокурор России- Прим. "ЕН"): "Ну, наконец-то!" - а у меня выбора нет. Я взял слово и говорю: "Владимир Владимирович, задача понятна, будем ее ре­шать. Ваше право давать оценки всем, включая возможность уголовной ответственности. Но у меня тем не менее есть настоятельная просьба - отмените поручение относительно немедленного открытия уголовных дел. Мне сейчас работать в круглосуточном режиме с несколькими тысячами человек, от каждого из которых зависит, сумеем мы вернуть электроэнер­гию во Владивосток или нет. Теперь представьте: с одной стороны, у них Чубайс с задачами-уголь, склад, разморозка. А с другой - прокурор ему будет говорить: "С моих слов записано верно, распишитесь здесь..." Какой же может быть результат? Я настоятельно вас прошу если не отменить, то хотя бы перенести работу прокуроров в отношении всех виновных, включая меня". Тишина. Пауза. Потом: "Согласен. Все свободны". Мне важно было выиграть время, чтобы разгрести проблему. А в ситуации угрозы посадки управлять невозможно. На волне таких жестких директив прокурорские усердствуют до лютости. Свет и тепло Владивостоку дали. Наздратенко, лидер "движения губернаторов-неплательщиков", как назвал его Чубайс, отправлен в от­ставку. Министр энергетики Александр Гаврин уволен. И только глава РАО остался на своем посту, что вызывало почтительное недоумение у за­интересованных наблюдателей. При этом сказать, что Чубайсу удалось безболезненно пройти эту историю, нельзя.

Президент требовал от Чубайса голову человека, ответственного за Приморье. Иначе получалось несправедливо: губернатор и даже министр наказаны по полной, а РАО, на котором своя доля вины, в стороне? Чубайс поначалу хотел отделаться "малой кровью" - предложил освободить от должности представителя РАО на Дальнем Востоке. Формально - высо­кая должность, но без реальных ресурсов и полномочий. Кроме того, эту должность занимал тогда откровенно слабый человек, так что потеря была бы небольшой. Но президент тоже разбирался в корпоративных иерархиях и потребовал от Чубайса настоящую высокопоставленную голову, имеющую непосредственное отношение к ситуации в Приморье. Такой головой был член правления РАО "ЕЭС" Анатолий Копсов, всего лишь три месяца назад избранный председателем совета директоров "Дальэнерго". Теоретически можно было бы сдать проработавшего там больше двух лет Раппопорта, но тот уже три месяца не имел никакого отношения к Владивостоку и формальных оснований предъявлять ему претензии не было.

Чубайс всеми силами пытался отстоять Копсова. Бился за него как мог. Не получилось, и Копсов был уволен, выведен из состава правления РАО. Его сделали советником председателя правления, но это никак не компенсировало ни потерю статуса, ни моральный урон, который ему был нанесен. Чубайс совершенно не гордится этой своей историей. Когда через несколько лет освободилось место гендиректора "Мосэнерго", он сделал все, чтобы назначить Копсова

гендиректором крупнейшей региональной энергокомпании России"...


Наверх