68,23 ↓ 100 JPY
11,52 ↓ 10 CNY
74,58 ↓ USD
66,31 ↓ 1000 KRW
Владивосток
Владивосток
+4° ветер 1 м/c
07 мая
Пятница

Общество

Как советские войска покидали дружественную державу

15 февраля 1989 года последний советский танк покинул территорию суверенного Афганистана. Кор. "ЕН" повстречался с двумя очевидцами двадцатилетней давности вывода войск - командиром полка и пулеметчиком.

Константин Сергеев
Далекая командировка
Генерал-майор Владимир Башкиров проводил встречу с учащимися владивостокской школы №13, которая специализируется в английском языке. Парням суровый Башкиров советовал заниматься воинской подготовкой, а девушкам - себя не распускать и не делать аборты ("как вы того заслуживаете, так к вам и относятся").
В далеком декабре 1987 года подполковник Владимир Башкиров принял командование 860-м отдельным мотострелковым полком, который располагался в провинции Бадахшан на северо-востоке Афганистана.
- Перед тем, как отправиться в Афганистан, я попал в аварию, сломал себе ключицу. Поставили мне спицу, и с ней поехал на войну. Как начальник полка, отказаться не мог, хотя мне предлагали. Ведь коллеги скажут: струсил.
Константин Жабицкий сейчас работает в страховом бизнесе Владивостока, в Афгане стрелял из пулемета.
- Честно говоря, я на войну не просился, так обстоятельства сложились. Жил на Украине, поехал учиться в мореходное училище в Таллине, забрали меня оттуда. Было как? Чем раньше получишь повестку, тем дольше дадут дома побыть перед призывом. Прапорщик в военкомате говорит: я тебя в Афганистан отправляю. Я ему: отправляй, куда хочешь. Около месяца провел дома, потом вернулся в Таллин, прошел комиссию.
Призвали осенью 1987 года, полгода провел в Чирчике, это Узбекистан, в "учебке" ВДВ. 10 июня 1988 года попал в Афганистан.
В Чирчике наш батальон стоял отдельно от общей части, на стрельбище. В баню нужно было бежать 12 километров, потом обратно. Что мылся, что нет. Ночные подъемы, прыгаешь с 50 килограммами щебенки на плечах. Сначала тяжело, но зато потом - летаешь, а не ходишь. В Афган попал хорошо подготовленный.
Надо сказать, вывод войск из Афганистана на тот момент уже начался. Были разговоры, что нас будут разбрасывать по стране. Доехали уже до Ташкента, но наш прапорщик был немного нетрезв, из-за чего мы на поезд опоздали, вернулись в часть. Никто, самое интересное, не дезертировал. На следующий день пришла депеша - опять молодых в Афган надо готовить.
- Были желающие уклониться от командировки?
- Кто "косил", тот "косил" с самого начала. Тем более насильно никого не гнали. Утром построение на рассвете, командир полка спрашивает: кто не хочет, пожалуйста. Вышел всего один. Но и то, это был человек, который, когда еще нас в Таллине собрали, бегал по "обезьяннику", орал, мы смертники, смертники. Пришлось ему веником врезать, успокоить.
Другой парень был из Грузии, по-русски ни бэ ни мэ, с гор за солью спустился, его забрали в армию, родственники только через два месяца нашли. Обнаружили плоскостопие, с такой болезнью нельзя служить в спецназе. Отправили в танковое училище, которое находилось поблизости. Так он плакал, что не может с нами поехать.
В Афганистане, конечно, были приколы. Кто идет на боевые, а кто пытается в столовой отсидеться. Но я лично не жалею, что попал в состав ограниченного контингента.
Козлы отпущения
Случай помог подполковнику Башкирову наладить отношения с аборигенами.
Советские бойцы постреляли домашних коз. Командира взвода Башкиров заставил заплатить за это деньги афганцам, аж целых три лейтенантских зарплаты. После этого узбек Шамсуддин, отец одного из главарей бандитов, сказал подполковнику:
- Командир, за то, что ты уважаешь и любишь афганцев, с твоей головы в нашей провинции ни один волос не упадет.
- И я обнаглел до того, что ходил один в духанные ряды в Файзабаде, без всякой охраны. Страха не было. Афганцы - люди слова и дела, надо отдать им должное. Могли и правду сказать, и воевать умели. Это естественно, ведь советские войска, как ни крути, выступали в роли оккупантов, а душманы защищали Родину.
Прилетал к нам член политбюро афганской компартии Хомейни, поездил со мной по провинции и отметил: таких добрых отношений между местным населением и советскими военными он не видел нигде в стране.
Впрочем, несмотря на такие теплые отношения, удаляться в одиночку далеко от воинских частей солдатам категорически не рекомендовалось. Афганцы - прекрасные стрелки и даже из английских винтовок образца начала 20 века наносили нашим серьезный урон.
Поначалу народ встретил советских солдат хорошо. Потом мы сами наделали ошибок, об этом много написано. Не учтены были особенности жизненного уклада афганцев, мусульманской религии и так далее.
Как бы то ни было, поставленные задачи наши войска выполнили. Хотя говорить о том, что мы полностью контролировали ситуацию, не приходится. Пока стоишь в данном месте, ты контролируешь территорию. Ушел - все.
Войны в горах имеют свои особенности. Посадил на гору гранатометчика, двух снайперов. Одна дорога. Подбил головную машину, попробуй ее убери. Снайперы будут убивать всякого, кто вылезет наружу. Кто выше, тот побеждает. И когда мы пренебрегали этой тактикой, нас наказывали жестко. Афганцы - воины с рождения, а для нас опыт приходил непросто.
Противник был очень серьезным, и не потому, что советские солдаты слабы. Смотрите: англичане не смогли захватить эту страну за три войны, сейчас здорово завязли американцы.
Наше горное снаряжение было далеким по качеству от того, которым снабжались моджахеды. На высотах температура минусовая. Наш спальник - ватный, огромный, тяжелый. У боевиков - размером с нашу плащ-накидку, свернутый сантиметров 35-40, пуховик. Отличные были палатки-памирки. Наши пользовались ими, когда захватывали склады, караваны.
Минная война
Вскоре после того, как Башкиров приехал в Афган, произошел весьма трагичный случай - боец погиб прямо в расположении части.
- В инженерно-саперной роте проводились занятия по минам противопехотной нажимного действия. Вел учебу сержант. Он рассказывал про устройство мины, разобрал ее, потом стал собирать, нажал и... произошел взрыв. Человек погиб. Мина оказалась боевой! Как она попалась среди учебных, так и не выяснилось.
- Как вспоминают очевидцы, очень много людей было убито и ранено в этой войне именно минами?
- Во-первых, мы сами ставили много минных полей. Ограждались военные городки, ставились мины и растяжки на тропах. Нередко подрывались на своих же боеприпасах.
Афганцы тоже активно использовали мины, фугасы. Война велась много лет, при проведении операций нашими использовались все те же позиции на высотах. Естественно, там часто были готовые окопы. Наши солдаты обычно часто менялись, в отличие от местных боевиков. Пришло пополнение, видят: окоп готов, зачем мне копать, прыгает туда. Взрыв, отрывает ноги либо убивает. А надо было предварительно проверить окоп миноискателем, щупом. Афганцы прекрасно знали психологию солдат... В минной войне боевики поднаторели.
Идет колонна бронетехники. Впереди идут саперы с собаками, но даже проверяя... Собаки обучены искать пластид, тротил, а был случай, закопали в землю пять мешков селитры, поставили взрыватель. Кстати, селитра - это распространенное удобрение. А эффект при взрыве такой, что БМП переворачивается и отлетает.
Когда мы стали более внимательно искать на поверхности, душманы принялись использовать бортовые замыкатели. На перевалах видны места, где боевая техника жмется к скале, там выбоины, потертости. Ставят замыкатели в такие места. Тиранул БМП, замкнул, взрыв, техника с экипажем улетает в пропасть...
Вспоминает Константин Жабицкий:
- Тропы вокруг нашего военного городка в Кабуле были заминированы своими же минами. Мы бегали между ними во время зарядки. Однажды у парня, который был на два года старше и смотрел за нами, кепку сдуло с головы, он сделал шаг в сторону подобрать, наступил на мину, оторвало ступню.
Бандиты и предатели
Конечно, мы не могли обойти такую тему, как криминальное будущее многих "афганцев". Генерал-майор Башкиров считает, что винить тут стоит не только самих воинов:
- Возвращаются бойцы. Многим "сорвали" крыши, ведь война - серьезнейшая нагрузка на психику. Честно говоря, мне было 37 лет, зрелый мужчина и то чувствовал себя отвратительно. Что говорить о молодых пацанах? Никакой реабилитации нам не предумотрели. Никаких компенсаций. Тут перестройка, подходят разные темные личности: что умеешь делать хорошо? Убивать? Такие люди нам нужны. Будут бабки, будут девки, будет водка... Конечно, не у каждого найдутся силы отказаться.
Предателей Родины в самом Афганистане обнаруживалось не так много, как об этом любят писать, но вред они наносили огромный.
- Был у нас Клыч, классный гранатометчик. Перед попаданием в Афган год или два учился в университете, но продолжать не смог. Одна мама его воспитывала, содержать не могла. Служил сначала хорошо, потом ушел к боевикам, сколотил свою банду, лично сбил два вертолета. За это очень здорово благодарили в Пакистане.
Когда выводили войска из Афганистана, одна из моих рот попала в засаду. По данным разведки, в этой засаде был и Клыч, и он погиб. Но было убито и три наших солдата, двадцать ранено. Командир батальона не сделал того, что я ему сказал. Есть, конечно, доля моей вины.
Константин Жабицкий:
- За время моей службы из батальона погибло 4 человека, сравнительно немного. Причем один погиб случайно, застрелили во время чистки оружия.
Был случай: замполит, только приехал, по случайности завел нас во вражеский укрепрайон. Никто тогда не погиб. С нами был парень, в запале выстрелил из гранотамета, 6 "духов" упало... Пока душманы были в замешательстве, мы развернулись и удрали. Мы так прикинули, что это было совещание бандглаварей, они сами не ожидали нас увидеть.
Самоволочка
Вспоминает Жабицкий:

- Наша часть стояла в Кабуле. Вышел за территорию - уже в "самоволке". Был день рождения у приятеля, меня как "молодого" и еще одного бойца послали к штабу армии, дворцу Амина. Там был хороший магазин. Купили продуктов, напитков, ящики в часть несем. Тут встречается патруль, "стой" кричат. Товарищ мой сразу остановился, а я еще минут 15 с ящиком бегал. Только когда прапорщик начал по ногам стрелять, остановился. Батальон стоит и ждет меня, ведь мы собирались на операцию. Я три часа провел на гауптвахте. Прихожу, комбат орет, ротный орет, а друзья говорят: молодец, что убегал.
Я пулеметчиком был. Хотя и маленький ростом, но здоровый, носил на себе килограммов 70. Сам не мог встать - меня поднимали, и, как робот, шел в бой. Жену, когда пришел из армии, мог на одной руке пронести метров двести.
Вот и вышли
Башкиров отмечает, каждое передвижение по афганской территории - по сути, было маленькой войной.
- От заставы никуда не уходили. Чтобы пройти от Хундуза до Файзабада, нужно было войсковую операцию проводить. Вывод мы готовили в период таяния снегов, перед тем, как разливались реки.
Проводились отвлекающие мероприятия. Знаете, как я снимал батальон из Бахарака? Два месяца завозил туда гуманитарную помощь. "Зачем уничтожать зерно, сахар, муку, которые тебе везут?" - думали боевики. И ни один вертолет не был сбит. Возили, возили груз, затем в одну ночь батальон вывели. Караван слетал три раза, в одну сторону везли муку, обратно - солдат со стрелковым оружием.
Жабицкий:
- Конечно, когда выводились, ощущение душевного подъема чувствовалось. Вышли мы 6 февраля 1989 года.
Было объявлено перемирие, но все равно перед Салангом какой-то бешеный душман нас сзади обстрелял. С нами были "зенитки", развернули, пальнули разок, "дух" упал.
На Саланге был снег выше бэтээра, машины буксовали. Один прапорщик вез ящиками сигареты "Охотничьи Донские", думал в Союзе их продать или поменять. Песка не было, под колеса сыпали эти сигареты, прапорщик стоял и плакал.
Смерть попугая
Был в нашей части пес Дембель - обычная дворняга. Однажды видим: Дембель бежит, у него изо рта перья зеленые торчат. Открываем пасть - там полумертвый попугай. У кого-то из штаба смылся, наверное. Говорящий. Назвали Гошей. На удивление, ручным оказался.
Когда на построение выходили, он на плечах сидел. Во время подъема тех, кто не встает, Гоша за нос клевал.
Я в детстве держал попугаев, потому меня поставили ответственным смотреть за ним. Птицу почистили, откормили, дожил до вывода войск, полгода. Один сержант хотел привезти Гошу домой сыну.
Во время перехода через Саланг, когда домой возвращались, кто-то сдуру напоил попугая бражкой, и он издох.

Поделиться:

Наверх