57,00 ↓ 100 JPY
95,02 ↓ 10 CNY
63,79 ↓ USD
55,88 ↓ 1000 KRW
Владивосток
Владивосток
+11° ветер 4 м/c
EN
23 апреля
Вторник

Общество

Дайте мне спокойно умереть!

Администрация города выселяет больного пенсионера из благоустроенной квартиры в ветхий барак

Татьяна Глаголева
Безобидного 80-летнего старичка в поселке Емар знают все. Молодежь прозвала его "зеленый патруль": он прибирается в окружающем лесу, зимой развешивает кормушки для птиц. А уж территория ТСЖ, где дед живет и работает дворником, вообще считается образцово-показательной. Кругом чистота, летом на клумбах цветы. И все знают - это заслуга Петра Ивановича Лося.
Он одинок. В гости к нему никто не приходит, да и сам никуда не выезжает, так как город давит на него тяжким грузом. Была и у него семья - жена, сын и дочь. Жили они в полусгнившем бараке на Всеволода Сибирцева. Две комнаты, все удобства - на улице.
Но случившийся в 2000 году пожар разрушил не только ветхое здание, но и всю семью Петра Ивановича. Жена, по его словам, вышла замуж и живет теперь где-то в районе, дочь уехала куда-то в Подмосковье, а сын вообще неизвестно где. Остался бы Иванович на улице, если бы не администрация Юрия Копылова, которая переселила деда в благоустроенную однокомнатную квартирку в тихом поселке Емар - там как раз сдавался новый дом. Чиновники администрации Николаева также не имели претензий к больному старику: хоть квартирка и из маневренного фонда, но ему же и так по закону положено иметь собственный угол, пусть доживает спокойно свой век. И так жизнь у старика была не из легких...
Петр Лось родился в 1929 году в семье "врага народа" - его дед был раскулачен и расстрелян. Всех домочадцев сослали в Красноярский край. Дорогу перенесли немногие: в пересылке от голода и холода умерла его младшая сестра. А маленький Петр оглох на одно ухо, развилась катаракта глаза.
В 60-х годах он волею судеб оказался во Владивостоке. Закончил ДВПИ, аспирантуру, преподавал на кафедре архитектурно-строительного факультета. Женился. Со временем получил коммунальную квартиру в том самом доме барачного типа по ул. Всеволода Сибирцева. Но в 1980 году врачи поставили страшный диагноз и назначили инвалидность - 2-я группа. Обострились и полученные в детстве болезни. Петру Ивановичу, согласно указаниям врачей и законодательству РФ, полагалось проживать в квартире с полным набором коммунальных услуг (напомним, что в доме барачного типа говорить об услугах не приходится) и с предоставлением лично ему дополнительной площади. Так и указали в выписке - имеет право на внеочередное предоставление жилья и дополнительные 10 кв. м жилой площади.
В Ленинском райисполкоме его поставили в очередь нуждающихся на улучшении жилищных условий за номером 476. Тесное, перенаселенное и неблагоустроенное жилье, городская суета и болезни тяжело давили на психику человека. Он, можно сказать, не выходил из лечебниц. С каждым разом промежутки между ремиссией и рецидивом становились короче. Но жилья ему все не давали. В 2000 году он перешел в первую сотню очередников. А тут и барак сгорел... Жильцов расселили, и ему досталась прекрасная однокомнатная квартира на Емаре.
В образованном в доме ТСЖ деду быстро нашлась работа - дворником. У человека началась другая, спокойная, жизнь. С тех пор он ни разу не лежал в лечебнице. Здесь никто злого слова старику не скажет, и даже пользуется тихий Петр Иванович уважением у местного народа. В общем, зажил старик счастливо. В отличие от многих, долгов по коммуналке не имел. Но спустя 8 лет с момента вселения инвалида в нормальную квартиру вспомнила администрация Владивостока о том, что жилплощадь, на которой живет Петр Иванович, входит в так называемый маневренный жилой фонд. И квартиры такие должны предоставляться погорельцам и прочим пострадавшим всего на полгода.
Месяц назад пришло Петру Ивановичу письмо из суда с иском городской администрации о выселении. Чиновники сообщили, что барак они отремонтировали, так что переселяйтесь, уважаемый инвалид, обратно и ожидайте свою первоочередную квартиру до морковкиного заговения. А то своим незаконным проживанием в благоустроенной квартире вы нарушаете права третьих лиц, на предоставление им крыши над головой.
Естественно, получив такое сообщение, старик расстроился, схватило сердце. Соседи вызвали "скорую". Прибывший по вызову врач рекомендовал постельный режим, выписал с десяток медикаментов. Чтобы сообщить, что он не сможет приехать на заседание, Петр Иванович позвонил в канцелярию суда Советского района. После этого разговора его, плачущего, кор. "ЕН" и увидел в помещении правления ТСЖ. Старик жаловался, что женщина, которая подняла трубку, накричала на него: мол, им нет никакого дела, может он или не может и в каком он состоянии. Крикнув "Все!", она бросила трубку.
- Я ведь не прошу многого. Мне 80 лет. Сколько я еще проживу? Дайте мне дожить здесь, в этом доме, как человеку, скоро ведь у меня совсем другая домовина будет, - плачет Петр Иванович.
В самом иске от администрации Владивостока нет ни слова о том, что он инвалид и ему уже 25 лет как должны были выделить жилье. А на улице зима. Да и как переезжать одинокому пенсионеру? И почему он должен возвращаться в хотя и отремонтированное после пожара, но числящееся и являющееся ветхим, коммунальное жилье? С его заболеванием положено жить отдельно, даже от членов собственной семьи. Не издевательство ли это: дать убогому надежду на нормальную и спокойную жизнь, а потом забрать все и выкинуть обратно в барак? Или кому-то глянулась его маленькая однушка на первом этаже?
Странно, что городские власти, обещающие с высоких трибун ежедневно и ежечасно помогать нуждающимся, так поступают с пенсионером и инвалидом - человеком незащищенным и необеспеченным.
Дата судебного разбирательства уже назначена...

Как заработать на пенсионере?


Наверх