Киноведы

20 сентября 2010, 10:00
Сочное язычество под легким налетом православия

Сочное язычество под легким налетом православия

"Овсянки": Удивительное рядом

Егор Лем

год - 2010

страна - Россия

режиссер - Алексей Федорченко

сценарий - Денис Осокин

продюсеры - Игорь Мишин, Дмитрий Воробьев, Мэри Назари

оператор - Михаил Кричман

композитор - Андрей Карасев

жанр - драма

сюжет

Мирон Алексеевич - директор бумажно-целлюлозного комбината - едет хоронить жену Таню в те места, где они когда-то проводили медовый месяц. Едет не один, а с фотографом по имени Аист, которому по дороге рассказывает трогательные подробности своей жизни с Таней. В повествование вплетаются воспоминания героев, а также обряды и верования народа мери - малочисленного финского племени, когда-то жившего в Северном Поволжье и растворившегося среди русских.

Снятые в последний момент с конкурса Кинотавра "Овсянки", как и попавшие Венецию менее экстремальным путем "Какраки" Ильи Демичева, наряду с "Бумажным солдатом" Германа-младшего и "Возвращением" Андрея Звягинцева доказывают, что фестивальная Италия до сих пор живет в плену стереотипов великого советского кино. И как бы Марко Мюллер не бил себя в грудь, рассказывая, что Венеция сегодня в первую очередь ориентирована на экспериментальное кино, в Италии от русских по привычке ждут перфомансов уровня (или хотя бы легкой тени) Алексея Германа-старшего и Андрея Тарковского, помноженных на осмысление богатой литературной традиции и загадочной русской души.

Алексей Федорченко, единожды обманувший жюри своими псевдодокументальными "Первыми на Луне", и на это раз сделал картину лукавую – внешне простую, но со сложносконструированной внутренней мифологией, уходящей чуть ли не в непроглядную тьму веков. Как и "Сто лет одиночества" Маркеса, глубоко завязшие в культурной традиции "Овсянки" в первую очередь рассказывают о том, что мы давно потеряли. Мистификация Федорченко начинается уже с титров, когда в авторах сценария возникает главный герой картины Аист Сергеев, поэт и воспеватель внутреннего пространства мира своих предков. Два простых человека, Мирон и Аист, едут хоронить безвременно ушедшую жену первого Таню, должные при этом обязательно соблюсти древний обряд древнего финно-угорского племени мери.

Остро отточенным скальпелем, в виде камеры Михаила Кричмана, Федорченко ювелирно распарывает тоскливую повседневность, обнажая то, что сидит, на его взгляд, в каждом русском человеке – разгульном язычестве, сверху небрежно покрытым лаком православия. "Овсянки" привязаны к русскости и славянизму настолько, что рискуют пропустить впереди себя вселенское высказывание Триера о природе женщины, но при этом посыл Федорченко куда понятней рядовому зрителю, ежедневно вступающему в компромисс между истинным "Я" глубоко запрятанным внутри, и текущими обстоятельствами. Не замечая никого вокруг, люди бегут по своим делам, пропуская мимо себя целые миры, сокрытые в мелочах и окружающей серости. "Овсянки" и рассматривают ту серость под многократно увеличивающей лупой, и вроде бы безликие песчинки складываются в великолепный орнамент, пестрящий на солнце красивыми бликами.

Обыденные вещи наполняются тайным смыслом: привычный крест вдруг становится чем-то инородным для восприятия, а весело журчащая вода – хранителем древнего знания, со временем забытого человеком. Федорченко играет со смыслами, заставляя зрителя осматриваться по сторонам, смутно вспоминая истинное назначение окружающих вещей. Культ тела, лишенный современной распущенности и бесстыдства, доступный не потому, что так модно, а потому, что так уже было ранее. Язычество, возведенное в абсолют, рушащее хлипкие перегородки навязанного извне православия. Путешествие через повседневность к инобытию. В этом и заключается игра режиссера Федорченко и сценариста Осокина - смена истинного и ложного, поиск ориентиров и умение заново научиться ходить, не спотыкаясь при первых шагах.

Мифология картины, уютно укладывающаяся в сцену украшения мертвой невесты, напоминает собой канат с разноцветными нитками, сплетенными по принципу – одна настоящая, другая фальшивая. Но при этом все скручено так, что получившаяся нить-история неотличима от оригинала, которую, наверное, уже никто на свете и не помнит. Археологическая реконструкция, в которой поровну домысла и настоящести.

Татьяна, задохнувшаяся в душном пространстве любви, закольцовывает круг жизни, лишая смысла существования своего мужа и несостоявшегося любовника. Сюжет, раскрывающийся во флешбэках куда шире, чем в основном повествовании, замыкается в своей эсхатологической отрешенности – гибнет не человек, а целая история, затертая в учебниках до неузнаваемости. Именно эта сверхидея незримо витает над рассказом о переизбытке любви, тихой покорности и заново скроенной славянской мифологии. Но вот в чем закавыка, из "Овсянок" можно легко вынырнуть, не поранив свою оболочку и уязвимую душу. Режиссер при помощи Осокина показывает, но не заставляет зрителя насильно измениться, видит невидимое, но дает импульс к размышлению и переосмыслению обыденного. Вопрос в том, что с этим потом делать.

Картина Федорченко имманентна кинематографу Тарковского, в частности ленте "Зеркало", по той простой причине, что срывает шкурку с современности, дабы раскаленным стержнем впиться в прошлое, живущее по своим законам. Вне времени и обозначенного пространства. Где-то на подсознательном уровне дублируя обряд посвящения в смерть джармушевского "Мертвеца", "Овсянки" проводят инициацию всего отечественного кино последних лет, отмеченного бегством от реальности и в этой мирской суете потерявшего осознание куда более вечных процессов, чем неприятие новорусской действительности, чьи корни кроются куда глубже дружно обозначенных всеми 90-х. Незримый мостик между советским и российским вертикальным кинематографом, пройдя по которому, можно тихо наблюдать за извращениями Триера и отчетливо понимать, что ты находишься на той же стороне реки, что и датский хулиган. Только смотришь не вокруг, а внутрь себя.

Метки: кино

 

Другие новости рубрики

Микеле Плачидо во Владивостоке признался в любви к Михалкову
16 сентября 2011, 14:00
На творческой встрече актёр рассказал о своих пристрастиях в кино и сравнил Приморье с Северной Италией
"Мастер и Маргарита" во Владивостоке 17 лет спустя…
22 апреля 2011, 08:00
Фильм режиссерской версии Юрия Кары будет показан в кинотеатре "Океан"
Беспощадное зеркало нулевых
11 ноября 2010, 08:40
"Социальная сеть": Как потерять друзей и заставить всех тебя ненавидеть

Последние новости

SpaceX запустила в космос спутники для раздачи высокоскоростного интернетаSpaceX запустила в космос спутники для раздачи высокоскоростного интернета
сегодня, 12:10
Старт ракетоносителя изначально был запланирован на 17 февраля, однако его трижды переносили из-за погодных условий и технических неполадок
Объем ввозимых грузов на Дальний Восток из-за рубежа по железной дороге увеличился вдвоеОбъем ввозимых грузов на Дальний Восток из-за рубежа по железной дороге увеличился вдвое
вчера, 18:50
За десять лет объём перевезенных грузов в направлении портов и пограничных переходов Дальневосточной магистрали вырос вдвое

От первого лица

Самые популярные

Горячие обсуждения

15.02.2018 15:40
22.02.2018 10:00

Все комментарии

Метки

авто администрация Владивостока Артем бюджет Владивосток выборы ГИБДД Дарькин депутаты детские сады дороги Дума Владивостока ЖКХ интернет кино Китай кризис Луч-Энергия Медведев милиция Приморский край прокуратура Путин Пушкарев Саммит АТЭС-2012 строительство суд убийство УВД футбол

Все метки