71,76 ↑ 100 JPY
11,48 ↑ 10 CNY
74,36 ↑ USD
67,24 ↑ 1000 KRW
Владивосток
Владивосток
-22° ветер 2 м/c
EN
23 января
Суббота

Интервью

Экс-руководитель приморского ГУФСИН Анатолий Завадский: Слухи о моих "организационных просчетах" сильно преувеличены

Фото: Ольга Кускова
Экс-руководитель приморского ГУФСИН Анатолий Завадский: Слухи о моих "организационных просчетах" сильно преувеличены

Поводом для освобождения от занимаемой должности послужили иные причины

Указ Президента РФ об освобождении от занимаемой должности руководителя ГУФСИН по Приморскому краю генерал-майора внутренней службы Анатолия Завадского в крае не обсудил разве ленивый. Но все сошлись в одном – организационные просчеты и ошибки в руководстве стали поводом для данного указа. Тем, более, что спустя час после подписания Дмитрием Медведевым вышестоящего указа пресса растиражировала пояснения руководителя пресс-центра ФСИН РФ Александра Кромина о том, что решение об увольнении было принято в связи с неудовлетворительными результатами работы, за организационные просчеты в руководстве вверенных им управлений.

Все точки над "и" решил поставить сам Анатолий Фридрихович, о чем и рассказал корреспонденту РИА "Ежедневные новости Владивостока" в эксклюзивной беседе

- Я в уголовно-исполнительной системе уже 30 лет. Начал свою службу по линии УИН в Белоруссии в 1981 году. Спустя три года был переведен в Приморский край, где последовательно прошел путь от сотрудника оперчасти до руководителя ГУ ФСИН. Я просто устал. Устал от работы, ответственности, необходимости быть "на посту" все 24 часа в сутки. 30 мая мною был подан рапорт во ФСИН России об освобождении от занимаемой должности в связи с выслугой лет дающей право на пенсию. Решение об отставке родилось еще в 2009 году.

После подачи рапорта начинается процедура увольнения. ФСИН России готовит в администрацию Президента необходимые документы и подает их через Минюст. В моем случае данная процедура заняла немногим более 2 месяцев.

Откуда взялось объяснение Кромина об освобождении меня от занимаемой должности, не догадываюсь. Плановая проверка производственно-хозяйственой деятельности, которая проводилась у нас в мае-июне текущего года, никаких нарушений не выявила. По итогам этой проверки ни один сотрудник не наказан. Проверялось полностью все финансовое состояние нашего территориального органа за 2008 – 2009 годы и за 1 квартал 2010 года. За это время наше подразделение получило от государства 7 млрд. рублей на развитие. Нецелевого использования бюджетных средств выявлено не было. А та проверка по учреждениям ФСИН, о которой много говорили и которую связывают со смертями Магнитского и Трифоновой, нас не коснулась.

Если взять всю систему ФСИН, то наше управление находится где-то на 8 – 9 месте из числа двух десятков крупных территориальных подразделений. По всей системе в целом, хоть рейтинги такие и не подводились, я точно знаю, что Приморское ГУФСН и не в конце и даже не в средине, мы гораздо выше.

Чем буду заниматься после выхода на пенсию, еще точно не знаю. Найду нормальную работу. Остаться "за бортом" в 55 – 60 лет уставшим и нервозным я не хочу. Пока просто отдохну. Сейчас пойду в отпуск, съезжу на родину в Белоруссию. Что касается семьи, то они приняли мое решение положительно.

О том, кто теперь будет руководить ГУФСИН по Приморскому краю, я даже затрудняюсь сказать. Я так же не знаю, кто замещает меня на время "переходного периода", пока не назначили постоянного руководителя. На сегодня Москва никого исполняющим обязанности не представила. Кто будет? – не берусь прогнозировать. Но на 99,9% это будет не работник приморской системы. Почему? Не знаю, я – не работник кадрового аппарата или руководящего состава ФСИН России, поэтому комментировать данную ситуацию не могу. Какое примут решение, таковым одно и будет. Что касается полковника внутренней службы Вячеслава Постнова, то он замещал меня, когда я находился на больничном еще до подписания вышеупомянутого президентского указа. С момента подписания, т.е. с 5 числа, назначение происходит по другим правилам.

30 лет без армии, а с армией 32, на этой службе для меня пролетели как один день. О том, что большая часть моей жизни прошла на службе, я не жалею. Что касается расставания, то жалко. Но ведь когда-то надо и уходить. Конечно, как любому руководителю, покидая пост, есть о чем грустить. Знаю, что трудов своих вложил не мало. Не известно, что будет дальше. Реформа начинается, какова она будет, к чему она приведет, никто не спрогнозирует.


Наверх