66,33 ↓ USD
75,39 ↓ EUR
97,71 ↓ 10 CNY
24 января
Четверг

Общество

Качественный европейский кинематограф оказался во власти Макдональдса

"Душевная кухня": Несъедобный полуфабрикат вместо изысканного рататуя

Егор Лем

год - 2009

страна - Германия

слоган - "Жизнь — это то, что происходит, когда ты строишь на ее счет другие планы"

режиссер - Фатих Акин

сценарий - Фатих Акин, Адам Боусдукс

продюсеры - Фатих Акин, Паоло Коломбо, Альберто Фанни

оператор - Райнер Клаусманн

жанр - комедия

бюджет - €4 000 000

сборы в России - $273 745

сюжет

Зинос Казанзакис держит не слишком людный (чтобы не сказать медленно загибающийся) ресторанчик на окраине Гамбурга. Немногочисленные посетители довольствуются нехитрой стряпней его собственного приготовления и наизусть знают меню, состоящее из нескольких строк на одном листке. Тихая жизнь идет своим чередом, пока на голову Зиноса не сваливаются все 33 несчастья. Из тюрьмы в "увольнительные" начинает регулярно выходить его беспутный брат.

По наводке приятеля, мечтающего прибрать ресторанчик к рукам и превратить его в бордель, заявляется санитарная инспекция, а за ней налоговая полиция. И в довершении всех бед красавица-подружка бросает его и уезжает работать в Шанхай. Ситуация критическая, и выход может быть только один: пригласить супершеф-повара, сделать ресторан самым модным местом Гамбурга! А попутно решить проблемы в личной жизни.

Чем отличаются плохие американские комедии от хороших европейских? Одним простым, но всеобъемлющим термином – стереотип. Разумеется, проводить культурологическое исследование в рамках одной рецензии на тему исторического развития кинематографа обоих континентов, бессмысленно. Но современные тенденции налицо. Если фильмы американского производства больше тяготеют к юмору комедии положений, то европейские упирают на национальную неповторимость, подкупая обаянием и колоритом.

Новая комедия немецкого турка Фатиха Акина "Душевная кухня" пытается одновременно сыграть на двух полях, как знаменитый заправский центрфорвард сборной ФРГ Герд Мюллер, наводивший ужас на оборону соперников. Наследник кинотрадиций Фассбиндера и Кустурицы Акин периодически перебегает из стана арта в логово мейнстрима, тем самым, оставаясь одним из самых модных и востребованных режиссеров европейского кинематографа. Способный одинаково хорошо говорить как о проблемах объединенной Европы, так и о жизнях ее отдельных обитателей, турок, балансировавший зачастую на грани пошлости и хорошего вкуса, долгое время умудрялся этот порог не переступать. Этим Акин очень напоминал бесшабашных сербов, умудрявшихся даже смерть человека снять так, чтобы было гомерически смешно.

После "Солнца ацтеков", сработанного в лучших традициях балканского кинематографа, герр Фатих, понемногу уставший от сложных арт-хаусных конструкций, решил снова, как следует повеселиться и спустить пар. Действия его новой картины происходят в небольшом немецком городке Гамбург (Акин его вообще очень нежно любит). Хронический неудачник Зинос Казанзакис греческого происхождения держит небольшой ресторанчик на окраине под названием "Soul Kitchen". Меню его забегаловки больше напоминает нехитрый список фаст-фуда – картошка-фри, гамбургеры, пицца. У Зиноса есть продвинутая девушка-журналист, свободно лопочущая по-китайски, а также брат, мотающий срок за воровство. В общем, тихая и самодостаточная жизнь типичного европейского эмигранта. Разумеется, все меняется под неудержимым давлением внешних обстоятельств.

Если сравнивать фильм Акина с (траги)комедиями того же Кустурицы (или многочисленных его эпигонов), то турок проигрывает по всем статьям. Во-первых, господин Акин делает то, что не позволяет себе ни один культурный человек постсоветского пространства – мешает пиво с водкой. А во-вторых, Акин, если продолжать выражаться алкогольной терминологией, полирует все сверху абсентом и текилой, что приводит к очевидным печальным утренним последствиям.

Начнем по порядку. Европейская комедия потому и носит свой гордый титул дикой и безумной фантасмагории, что даже необъяснимые поступки действующих персонажей худо-бедно укладываются в картину того мира, где происходит вся свистопляска (грубо говоря, в Европе бытие рождает сознание). Американскую можно стопроцентно вычислить по идиотским шуткам и нелепым ситуациям, происходящими с бравыми североамериканскими парнями и девушками в тщетной попытке найти ответ на главный вопрос – где бы потерять девственность? (здесь наоборот – сознание рождает бытие) Что же делает Акин? Он, недолго думая, погружает персонажей с европейским менталитетом в вихрь событий, но сугубо американского характера происхождения. Т.е герои Кустурицы в декорациях "Американского пирога". "Евротур" в США. Столкновение двух совершенно разных культур, лед и пламя, Ленский и Онегин, белое и черное. Головой о стену.

Усугубляет положение режиссера тот факт, что Акин пытается примерить на себя роль постмодерниста. Прокручивая через мясорубку своих амбиций творческое наследие предшественников, товарищ Акин, щедро посыпает свое довольно несвежее блюдо специями, завезенными еще с Америки 60-х. Получается довольно специфическая еда, гамбургер под гаспаччо, фрикадельки с кока-колой. Безусловно, нынешний кинематограф находится под могущественной пятой мультикультурализма, порождая, словно сон разума таких чудовищ-режиссеров, поэтов глобализма, как Иньярриту и Мудиссон. Но тот же Акин долгое время умудрявшийся защищать от тлетворных и пагубных ветров перемен свой небольшой, но уютный мирок мечтателей, киноманов и романтиков, вдруг неожиданно сдался, отдав своих персонажей на растерзание медленно загибающимся капитализму и постмодернизму.

Хотя в тоже время у турка на горизонте маячил довольно хороший и удачный пример скрещивания двух культур. Речь идет о пиксаровском мультике "Рататуй", про крысу-повара, Париж и творчество Годара и позволяющий почувствовать себя киногурманом. Никто не виноват, что Акин все же предпочел приготовить своему зрителю не изысканный рататуй, а какую-то несъедобную сборную солянку, приправленную песнями Doors, придурковато-картонным Морицем Бляйбтроем и тем фактом, что неудачники все равно будут счастливы и успешны в конце фильма без каких-либо моральных модификаций, вне зависимости от сложившихся обстоятельств. За такую пищу, любой уважающий себя киноман или эстет с удовольствием наденут повару на голову тарелку с его сомнительным варевом. Которое в меню значилось, как изысканный деликатес, а на самом деле оказалось прогорклой пиццей с омарами. А тихая, уютная закусочная незаметно для своего создателя превратилась в Макдональдс.


Наверх